— Да, нас с Мэвой вызвали обратно. А ты присаживайся… Там где-то был стул. Мне нужно задать тебе несколько вопросов по делу. Может, кофе? Мэва?
— Пара минут…
И — горький кофейный аромат, Мэва молчит, не вмешивается, чем занята, непонятно, и кажется — старые добрые времена, опрос свидетеля, все правильно. Так, как и должно было быть.
— Значит, это случилось уже в конце твоего дежурства?
— Да. Я проводил перекличку патрулей. И обнаружил, что ты не сделал в журнале запись об окончании рабочего дня. Но я думал, ты просто забыл или после «выезда» решил не заскакивать лишний раз в отдел. А мне, сам понимаешь, за этот журнал еще отчитываться. Начал тебе звонить. Ты не отвечал. Кристалл тоже молчал. Я забеспокоился. По маячку кристалла определили твое примерное местонахождение. Сначала всерьез не приняли, мало ли чего. Ну а когда приехали…
— Понятно. Какие-нибудь детали?
— Ну, так и не скажу — неразбериха была, когда нашли твой разряженный амулет, а почти сразу у самих поголовно полетели и кристаллы, и защитки. Помню, удивился, как знатно ты дверь высадил. Фон типичный… темный, да, но ничего выдающегося. Странно, что тебя так легко взяли. Притом, что «могильщики» обычно особыми боевыми навыками не обладают. Нашли тебя с этим выродком… Правда, барьер у него серьезный стоял — еле пробились. Но пробились, успели…
— Скажи, зачем ты его убил? Зачем стрелял в голову, да еще серебряной пулей? — вопрос ознаменовался неприятной кофейной крошкой на языке. И горчил этот вопрос. Вопрос с явной обидой и полным непониманием — темный маг был свидетелем, он все и вся знал про обряд, столь заинтересовавший Верхних. Будь он жив, никому и в голову бы не пришло лезть в мозги ни в чем не повинного оперативника. Трижды лезть — отставленная чашка сердито грохнула об стол.
Собеседник шумно вздохнул и тоже отставил свою чашку.
— Сам не знаю. Я вообще целился в ногу — только чтобы прервать обряд. Он над тобой нож уже заносил. Я, конечно, очень торопился, но уж промахнуться с такого расстояния, метров восемь… И в голову я никогда не стреляю, сам понимаешь. А серебряные пули у меня в обойме всегда. В общем, я не хотел его убивать.
— Значит, само вышло? — Джош определенно не хотел добавлять в голос ехидства, но как иначе, если взрослый, опытный оперативник отговаривается какими-то сказочками, о том, что не хотел, но так получилось. Но, разумеется, больше он так не будет. — Само, так само. Кто еще был в помещении? Кто был в группе?
— Ты, я, Темный, Алекс… Но ты сам должен помнить, ты тогда еще в сознании был. Я думал, ты нас узнал.
— Богуслав! — Мэва так грохнула своей чашкой об стол, что Джош вздрогнул. Похоже, становится хорошим тоном подчеркивать экспрессию слов побиванием чужой посуды. А Мэва с недосыпу нервная, как самка леригона в брачный период. Устыдилась. Закончила уже тихо. — Следи за языком.
— В смысле…
— Я к тому времени уже ослеп и не мог тебя видеть. Мэва это имела ввиду. — В отличие от подруги Джоша слова не задевали. Человек рассказывает, как запомнил.
— О, точно. Извини. Забыл. Ну да, да, точно! Ты ж не мог нас видеть! Я так и написал в отчете… Совсем память… Да, ты не видел. Из группы были я, Алекс, Дан, Эд, Феликс. Блок ломал Эд. Я первым заходил.
— И больше никого? Я имею ввиду, Темный был один? И никаких остаточных от «прыжков»? Хорошо, ладно. Дальше что?
— Дальше стандартно. Отправили тебя в наш медбокс, оттуда почти сразу переправили Наверх. Ты совсем ничего не помнишь?
— Совсем, — и последний, контрольный вопрос. — Что тебе было за ликвидацию мага?
— А это важно? — подозрительно и колюче осведомился Богуслав. И правильно, а кому приятно о щелчках начальства по собственному носу распространяться?
Умница-Мэва понятливо подхватила:
— Да нет, не особо. Не для протокола. Просто любопытно.
— Ааа. Да ничего особенного — выговор, лишение премии, перевод на пять месяцев в Закопане, их «помойку» чистить. Приятного мало, но со Службы не поперли.
Ну да. Нужно признать, что хоть чистка «помойки», то есть работа с местами Темной силы, трудная, тяжелая, требующая крепости нервов и абсолютной небрезгливости, дельце неприятное, и после работы оперативником даже унизительное, но само по себе наказание довольно мягкое. Ту же Мэву и за меньшее… Это у начальства или сентиментальное настроение было, или… Или — начальству отстрел мага был выгоден.
— Повезло. Ну, все, вроде больше нет вопросов. Мэв?
— Несколько уточнений. В каком состоянии находился Джош, когда вы его обнаружили?