Кто-то из служителей подсказал, что надо делать дальше. Я подхватил на руки принцессу и, ведомый с одной стороны Матвеем, с другой Сяомин, покинул храм. Восторженный рёв, смешался с грохотом колоколов. Ко всеобщему ликованию добавился ещё и грохот пушечных салютов. Вот это меня удивило очень. И не только меня одного.
Спустившись с крыльца, мы подошли к нашей карете. Кичиро Кумагаи распахнул дверцу, заглянул внутрь и лишь после этого позволил мне подняться по ступенькам. Ой!.. Как это тяжко… Правда, меня незаметно поддерживал Матвей и японец, сам бы я ни за что не сумел проделать этот трюк. Вот мы и внутри. Дверцу захлопнули, и карета, влекомая шестёркой великолепно подобранных лошадей, чеканящих шаг, в окружении сверкающего золотом эскорта, покинула площадь.
А перед дворцом шло празднование. Вокруг фонтана расставили столы. Слева от парадного входа возвели временную сцену, на которой демонстрировали своё искусство местные музыканты, поэты, фокусники, акробаты, танцоры и все желающие. Народ пировал. Внутри дворца происходило приблизительно то же, но в более сдержанной форме. В большом зале накрыли столы. ВО главе этого сооружения усадили нас с принцессой, ныне уже официальной королевой, Сяомин справа от невесты, Изольда слева от меня. Кичиро Кумагаи наотрез отказался садиться за стол, стоял позади и наблюдал. Где был Матвей я не знаю. Подходили люди. Вроде как вельможи, хотя у них здесь ещё не было деления на ранги. Дарили что-то. Особые служащие, из совместных охранников, заранее отобранных Матвеем, проверяли подарки и лишь после этого уносили в специально отведённую для этого комнату. В целом всё шло своим чередом.
Уже стемнело, когда я в первый раз поднялся из-за стола. Терпежу больше не было. В зале будто и не заметили, что жених с невестой исчезли. Зато охрана не дремала. Чёрт бы её подрал. Во дворе было прохладно. Постояв немного, решил, что совсем не мешало бы пообщаться с народом. Точнее, мне не общение надо было, но как иначе попасть в заброшенный парк, я не знал.
Мои поползновения к свободе были встречены в штыки как Матвеем, так и Кичиро Кумагаи. Они категорически не желали ничего слышать. Но Сяомин, Изольда и бывшая принцесса, сумели-таки настоять на своём, и мы под торжественный визг фанфар вышли на крыльцо. На площади мгновенно образовалась тишина. А потом раздался такой рёв восторга, что я невольно схватился за уши, оберегая барабанные перепонки. Но тут же спохватился, что выгляжу как-то непрезентабельно, и поднял их вверх. В ту же секунду на площади воцарилась тишина. Все ждали что я скажу. Честно говоря, я не собирался ничего говорить. Просто не знал о чём? Но лёгкий тычок остреньким локотком в бок, вынудил меня одуматься. Пришлось говорить. Это было коряво, не так красиво, как у властительницы, но в целом эффект превзошёл все ожидания. Если прежний рёв меня просто оглушил, то теперь толпа буквально бесновалась, услышав, что завтра, нападавшие на меня, будут амнистированы. Новоиспечённая королева на радостях повисла на моей шее и целовалась, как ненормальная, до тех пор, пока я не оторвал её.
После чего мы торжественно обошли вокруг фонтана. Я с кубком в руках, чокаясь со всеми, Милисента с букетом цветов, Сяомин с Изольдой расточали воздушные поцелуи на все стороны. Охрана не вмешивалась, но и особо ретивых не допускала близко. Многие становились на колени при нашем приближении. Как мне пояснила бывшая невеста, а ныне уже жена, это местные жители, родившиеся здесь. На мой вопрос: что значит местные? Она так же не смогла ответить.
Круг замкнулся, и мы отправились в парк. Следовало проверить кое-что. Матвею жутко не нравилось моё самоуправство, но я был твёрд, как гранитный атолл в бескрайнем море.