— У твоих ног. — Ответила китаянка.
— Тоже китаец. — Сказала Лина.
— Нет. — Возразила Сяомин. — Японец.
— Можно подумать, ты можешь отличить японца от китайца. — Усмехнулся я.
— Могу. — Заупрямилась девушка.
— Ну-ну! Даже голых?
— Даже голых.
— А ты их голыми-то видела?
— Хватит вам упражняться в красноречии. — Встряла Лина. — Человеку помочь надо.
— Чем? — Спросил я.
— Разбудить, объяснить…
— А! — Сказал я и опустился на корточки. — Он как лежит?
— К тебе головой. — Сориентировала Лина.
Я протянул руку и коснулся головы лежащего. Ничего не произошло. Тогда осторожно похлопал по щеке. Японец дёрнулся, открыл глаза и сел, уставившись на китаянку.
— Ну, мужик, как дела? — Спросил я, поднимаясь.
Новорождённый молчал, разглядывая девушку. Скосил глаза на меня, и снова уставился на Сяомин.
— Что-то его смущает в твоём виде. — Сказала Лина.
— Он японец. — Упрямо повторила Сяомин.
— И что с этого? — Спросил я.
— Он просто не понимает нас. — Предположила Лина.
— Это ещё как? — изумился я. — Быть этого не может?.. До сих пор все появлялись, зная русский язык. Ты же говоришь по-русски, почему он не должен так же?
— Откуда я знаю? — Пожала плечами китаянка. — Я же тебе вчера вечером по телефону всё рассказала откуда знаю язык. В том числе и про обучение русскому языку своих иностранцев.
— Забыл.
— Что-то с памятью моей стало. — улыбнулась Лина.
— Может теперь всё изменится? — Задал я риторический вопрос.
— Как это? — Не поняла Сяомин.
— Очень просто. — Предположила Лина. — Теперь будут появляться разноязычные.
— Типун тебе на язык! Нам ещё языкового барьера не хватало. — Ругнулся я.
— Типун, не типун, а факт остаётся фактом. — Сказала Лина, и сделала маленький шажок назад.
— И что нам с ним делать? — Растеряно поинтересовался я.
— Не знаю. — Ответила Сяомин.
— Попробуй поговорить с ним на китайском. — Предложил я.
— Это всё равно, что ты будешь говорить со мной на древнегреческом.
— Хм! А почему бы и нет? Это мысль!
Я сосредоточился, вспоминая все основные языковые группы, какие знал. Заодно подумал, что всякий проходящий через наш темпоральный переход должен автоматически изучить русский язык, язык всеобщего общения.
Ты меня понимаешь? — Заговорил я по-японски. И сам обалдел от такого фокуса.
— Да, господин. — Откликнулся японец.
из туалета вышел мужик, уже одетый.
— Спасибище тебе, мужик! Спас от позора и греха неминучего! — Поблагодарил он меня.
— Успокойся. Как тебя зовут? — Обратился я к мужику.
— Василий. Василий Семёнович Потрошков. Сорок восемь годков стукнуло. — Сказал он, подходя, и подавая мне руку.
Познакомились.
— А теперь, Василий, обратился я к мужику. — Помолчи немножко. Тут ещё один кадр появился. Разобраться надо бы.
— Хорошо, хорошо! Я подожду. — Согласился Василий и отошёл чуть в сторону. — А перекусить можно?
— Перекусывай, перекусывай. — Позволила Сяомин.
— Так, — Обратился я снова к японцу. — В туалет тебе не надо?
— Нет, господин.
— Но одеться тебе надо?
— Надо, господин.
— Тогда иди вон в ту дверь, за ней будет душевая, туалет и шкафчик. В шкафчике найдёшь одежду, оденешься. Потом выходи к нам в этот холл, отправимся туда, где все.
— Спасибо, господин. Вы так добры ко мне.
и он рысцой подорвал в указанном направлении.
— Так, Сяо, беги наверх, отправляйся домой и позови своих охранников. Пусть помогут разместиться новичкам. Отведут в общагу и так далее. Мы с этими двумя за тобой.
— Как они с ним общаться будут? — Спросила китаянка.
— Слушай! У нас времени совсем нет. НА улице уже темно. А дел ещё выше крыши. Я уже всё решил. Сама убедишься вскоре.
Сяомин побежала по лестнице, не издав ни звука возражения или неповиновения.
— Так, Василий. Сейчас поднимайся на самый верх. Там подожди нас.
— А может вместе? — Опасливо поинтересовался Потрошков.
— Ну, тогда жди, когда этот япошка выйдет.
Через минуту все были в сборе. А ещё через десять мы стояли у порталов, и я опять понятия не имел, какая колонна вела в цитадель. В этом помогла Лина. Она указала на колонну, из которой мы вывалились. Девушка запомнила её по месту напротив, в которое чуть не угодила на выходе.
С этим решили, а вот как отправить новичков? Вероятно, система их ещё не опознает, как своих. Оставлять Лину одну с Василием при всей видимости его добродушия, мне что-то не хотелось. С японцем ещё хуже! Как она ему объяснит, что надо делать?