Мистер Немо выпрямился. Он покрутил головой.
– Может, я и призрак, – произнес он, сверкая остекленевшими глазами с невероятной серьезностью, от которой делалось не по себе, – и все же, друг мой, я не всеведущий. Ха-ха! Однако уже скоро им стану, и вот тогда я вернусь с опасной бритвой однажды ночью, когда вы не будете меня ждать.
Он внезапно развеселился.
– Да что за дьявол его терзает? – удивился доктор Фелл, медленно поднимаясь с места.
– Один маленький пузырек, – сообщил Немо. – Я выпил его час назад, как раз когда мы сходили с поезда. Я опасался, что он не подействует, я опасался, и потому мне пришлось говорить. Я же предупреждал, что я призрак. Последний час вместе с вами сидит призрак, надеюсь, вы вспомните об этом и задумаетесь, ложась спать.
В таинственном желтом свете на фоне окна вырисовывался громадный черный силуэт доктора Фелла, а арестованный заходился от веселья, хрустя всеми суставами, отчего Морган похолодел… А затем в наступившей тишине с места медленно поднялся инспектор Дженнингс. Лицо его было бесстрастно. Все услышали скрежет и звяканье наручников.
– Да, Немо, – с удовольствием проговорил инспектор, – я так и подумал, что вы попытаетесь это сделать. Именно поэтому заменил содержимое пузырька. Многие до вас пробовали провернуть подобный фокус. Он стар как мир. Вы не умрете от яда…
Веселье оборвалось, захлебнувшись, и арестованный потряс руками в наручниках…
– Вы не умрете от яда, Немо, – подытожил инспектор Дженнингс, медленно направляясь к двери. – Вас повесят… Доброй ночи, господа, и большое спасибо.