Матвей с ловкостью отпрыгнул, упал на одно колено и ударил ладонью об землю, крича что-то не разборчиво. - Барда за карбу! Противник Матвея вытаращил глаза себе под ноги, ожидая чего-то страшного. Он потерял бдительность, перевел глаза на своего противника, но было уже поздно. Матвей кинул в глаза горсть земли, которую успел подобрать, когда падал на колено. И с размаху двинул посохом по затылку ослеплённого воина. Силы немного не рассчитал, или расчёт, был не очень верным, из глаз и рта брызнула кровь, глаза немного вывалились из орбит.
- Ну такой жуткой смерти я тебе не желал, сам меня вынудил. - Ух убил с дуру, честно я не хотел, не ну а что, я случайно. Негоже перед людьми своей зубочисткой махать, так и поцарапать кого можно. Говорил Матвей как-бы оправдываясь мёртвому телу. - О Тарас, ещё воюет с каким-то мордоворотом надо бы ему подсобить чем-то, может Тарас только топорики шибко бросать умеет. Ну конечно обидеть негоже будет его своими словами. С лёгкостью размышлял Матвей. Тарас тем временем дрался с последним из шайки или группы, как-то они и не успели узнать у них. кто есть, кто. Дрались почти на равных, сразу было видно, что он был постарше и по опытней остальных, своих напарников. И он видать не из пеших разбойников. Воин после града ударов, заговорил первым. - За то, что вы убили моих ребят я вас с дерьмом смешаю. Вы даже не представляете у кого вы стали на пути. Вновь нанося сокрушающие удары, заставляя противника пятится назад. - Вы подняли руку на людей самого Хана Речь оборвалась, воин покосился в сторону от того, что его внезапно так бестактно отвлекло. В то самое время, не теряя возможность. Тарас рубанул противника по ноге топором, от чего он свалился на полу присядь, и на этом бой был уже проигран. Он упал на колени, не ожидая ни милости, ни сожаления. Как будто ожидая на плахе свою казнь. Глаза его вдруг стали пусты, будто из них ещё до смерти уже ушла жизнь. Последние, что только успел сказать, и то его обрубали в прямом смысле слова на половине слова.
- За нас отомстит Хан.. Топор искоса впился на половину своим лезвием между шеей и плечом. Удар был резким и смертоносным, не давая второго шанса. Перерезав шейную артерию и раздробив ключицу, которая, в свою очередь повредила уйму чего еще.
Кровь залила Тараса, з головы до пояса он стоял в липкой, почти чёрной жидкости. Тарас был страшен, как берсеркер, как будто что-то проснулось в нем, глаза его горели, желая либо продолжать рубить и убивать, либо самому умереть, от тяжёлых ран с улыбкой на лице. Он стоял и думал, как же он, не думая, рубанул. Не давая ни шанса для защиты. Воспользовавшись удобным моментом, убил своего врага, и что самое страшное даже не думая. Тарас пытался эту свою сторону спрятать, чем подальше. Его темную сторону, но никак ни мог этого сделать, она тотчас да вынырнет откуда ни ждёшь. Времена тёмные, оставаться светлым, становится все трудней и трудней. Война оставляет на всех свой отпечаток, как бы то ни было. И не столь важно. Пострадал, иль преуспел, проиграл, а может, победил, в своем сражении. Кровь на руках, как воспоминания никогда не засохнут. Не смыть их водой ключевой. И бездумные навыки как правильно убивать остались у Тараса на всю жизнь.
И воин с незнатного народа замолчал навеки. Размышление и за свою не ладную долю прервал Матвей. - Видел а! Как я его, ты бы без меня не справился. - Что! Зарычал Тарас. Поймавший Матвея за горло и подставив нож к его горлу.
- Это я Матвей, успокойся ты, мы их победили, тебе совсем не нужно меня резать. Мы на одной стороне, умой глаза от криви этаже Я. Матвей, снова начал во всю рассказывать, или вернее пытаться донести к ушам Тараса, как он героически ему помог в бою, с лютым ворогом. - Говорю, видел, как я его оглушил, ты бы не справился без меня. Он даже не понял, что и как. И тут ты бац его. Ну ты знаешь я это, будет время запишу может и рассказ напишу, иль стишок юморной. Тарас, смотря на Матвея темными, от залитой кровью глазами, и взглядом страшного зверя. Он и был тем лютым зверем, которого пытался в себе победить. Чтобы этот зверь не при какой ситуации не взял верх над ним. И он сам этим зверем не остался, на тот век что ему отведено. Он люто проговорил. - Если б не справился с ворогом, значить такая доля у меня, значить убили бы меня, это моя судьба, нечего мне помогать! Матвей опустил взгляд, уже и вправду не зная, правильно ли он поступил. Но все же нашел в себе немного храбрости ответить полу озверевшему Тарасу. - Судьба говоришь. Так значить твоя судьба в том, что я тебе помог. С каким-то радостным голосом сказал Матвей. Никто не знает какая у него судьба. Только те кто для нас написали или скатали клубок нашей судьбы, из времени и смысла бытия, могут что-то знать. Так что не нужно здесь говорить, что ты как будто знаешь, какая судьба тебе уготовлена. - Ах, как ловко же получилось. Не ну Тарас ты видел? Опять как-то по-ребячески начал роптать Тарас. - Ты что его околдовал? Грозно спросил Тарас. Чем ты тут мне хвалишься.