— Коттедж ограбим, — предложил Ярослав. — Кухню мы ещё в прошлый раз нашли. Осталось отыскать холодильник.
— Л-лучше — п-плиту, — ляская зубами, попросил Володя. — Поставим чай, согреемся.
— Найдём, — пообещал ему Красимир.
С ним рядом теперь сидел Ярослав. Женя, обнимая Ирину, ёжился на заднем сиденье. Впрочем, обнимал он не только Ирину, но и приткнувшегося к нему от промозглого холода пацана. Так что художнику было легче всех. Теплей.
Чем дальше от центра, тем на дорогах становилось спокойней. И теперь не разобрать: то ли ливень разогнал всех, то ли это из-за удалённости пригорода.
Мокрые, замёрзшие, едва оказались в холле коттеджа, переглянулись и дружно решили: кто-то бежит на кухню — ставить чайник, кто-то — ищет одежду, чтобы переодеться в сухое. Девушки, не сговариваясь, тут же побежали на кухню — Володя за ними. Парни обошли этаж в поисках гардеробной, нашли комнату со спортивными принадлежностями и костюмами. Сочли, что их хватит для всех. Набрав охапки спортивных костюмов, всё принесли на кухню. Решили запить дело грабительского переодевания горячим чаем, чтобы наконец прийти в себя, но сначала сбегали взглянуть на подвальное помещение.
Там всё было как прежде: колебалась туманная муть, в ней редко-редко, но мелькали чёрные «верёвки».
Вернувшись, переоделись. Одежду везде развесили для просушки и врубили на полную мощь плиту, благо та оказалась электрической.
Кроме всего прочего Ирину осенила хозяйственная идея. Девушка по второму разу обыскала кухню, ворча на её безграничное пространство, и с торжеством обнаружила гладильную доску и утюг. Пока все приходили в себя, попивая горячий чай, она быстро разогрелась, энергично орудуя утюгом, и в первую очередь успела высушить одежду хранителей.
Женя принёс ей чай к доске.
— Мы так и правда все заболеем, — как-то рассеянно заметил он, отпивая из своей чашки и следя за движениями утюга по доске.
— У нас есть Володя и Змей. Парочка, в которой один — будущий студент-медик, а второй — бросивший медфак на предпоследнем курсе, — улыбаясь, напомнила Ирина.
— Мне кажется, после всего этого Змей вернётся в университет, — всё так же отстранённо сказал Женя.
Она взглянула на него, до сих пор ёжившегося уже от привычного холода, и вздохнула.
— Жень, что тебя тревожит?
— Многое. Я почему-то постоянно думаю, куда девались трости всех старших. Прямо бзик какой-то. Ещё я постоянно думаю о портале на втором этаже, который устроил Демьян. А вдруг Демьян появится снова и что-нибудь устроит такое, чему не сумеют противиться даже хранители?
— Они придумают что-нибудь, — неуверенно сказала Ирина.
Когда хранители получили высушенную одежду, они снова заторопились в подвальное помещение. Остальные сначала взглянули им вслед… Но первым встал и пошёл за ними Женя, и другие тоже повскакивали с мест, словно получив разрешение.
Хранители сидели на последних ступенях лестницы — прямо перед облаками покачивающейся мути. Сидели, вглядываясь в эту муть. Ирине очень хотелось спросить, видят ли они что-нибудь в ней, но понимание, что наблюдение продолжается, заставляло молчать и ждать.
Наконец Леонид вздохнул и сказал:
— Как только мы спустимся, не входить в подвал никому — ясно? И как долго мы там будем — неизвестно. Поэтому то же самое: не идти за нами. Все поняли?
— Все, — ответил Женя.
Хранители встали со ступеней лестницы. В руках каждого оказалась свеча. У Леонида нашлась зажигалка, которой они и зажгли свои свечи.
Впереди пошёл Леонид, за ним Влада. Замыкал шествие вниз Григорий.
Когда его голова скрылась в лениво шевелившейся мути, огонёк его свечи ещё теплился, а потом погас. Красимир тихо сказал:
— Они ничего с собой не взяли… Даже оружия… Кроме свечей.
— Кто его знает, каким должно быть оружие против этой дряни, — проворчал Ярослав, не отрывая взгляда от живой облачности, вяло переваливающейся по всему видимому участку лестницы. — Может, свечи — оружие и есть, но мы о том не знаем.
— Лёнька вернётся? — со страхом спросил Володя, не замечая, что стоит, держась за руку Ирины.
— Вернётся, — твёрдо пообещала девушка. — Братья — они такие. Возвращаются, если их ждут. Мой Григорий тоже был… в этой коме. Но вернулся. И оттуда они тоже вернутся.
Как и сказал Леонид, ждать пришлось неопределённо долго. Они все уселись так, чтобы видеть муть внизу. Ирина заметила, что Женя изо всех ожидающих единственный, кто сел спиной к стене — чтобы держать под наблюдением не только нижнюю часть лестницы, но и холл за спинами. А потом его позу оценил Никита и тоже развернулся.