11
Ирина никогда не считала себя излишне домашней или консервативной. Могла и поэкспериментировать с чем-нибудь. Не отказывалась влипнуть и в авантюру, если рациональная сторона её характера позволяла и не предупреждала, что приключение впоследствии чревато стыдом за него или ненужной опасностью. Но чтобы так… Парни, кажется, слишком увлеклись охотой. Уже на месте, когда она сидела на камне, а Женя готовился к первому рисунку, Красимир предложил:
— А если тебе снять браслет, но надеть очки — интересно, упыри пойдут к тебе?
— Очки, вообще-то, у меня с собой, — задумчиво сказал Женя.
— А как ты будешь меня?.. — растерялась Ирина.
— Ну, мы только попробуем, — оживился Женя. — Пока народу мало — мы ведь рано пришли. Красимир, тогда ещё одно нововведение: не уходите с Ярославом далеко. Что вам поджидать их издалека, когда они все сюда пойдут? На той стороне как раз последние торговые палатки. Как только появится упырь — тащите его туда. Никита с Максом помогут, если что…
Девушка тихонько вздохнула и, смотав косу в узел, закрепила её на затылке. Сегодня, кажется, сеанса позирования можно не ждать.
Но Женя напористо сказал:
— Пока они появятся, у меня есть полчаса.
И, повесив солнцезащитные очки на горловину тенниски, взялся за карандаш.
На этот раз целенаправленно переместились именно к этому месту — ближе к торговым палаткам. Здесь удобно втаскивать подозрительный народ в укромное местечко и налагать свою очистительную длань на лбы несчастных упырей. Макс и Никита устроились рядом, чтобы, в случае неповиновения, помогать уговаривать отмеченных Демьяном самим своим видом широкоплечих молодцев.
Ирина вздохнула. По дороге сюда Женя спокойно сказал, что вчера ребята проследили, как из джипа Демьяна выходили те бедолаги, которых он отметил. Парни исподтишка наблюдали за ними из машины Никиты, узнавали их адреса: выходили следом за каждым, благо отмеченных было тоже четверо. А ещё чуть позже, совсем уж вечером, заявились к каждому и попробовали наложить ладонь на лоб. И теперь, уже сегодня, ребята ждут не дождутся сбегать к каждому «подшефному», чтобы узнать, сработало ли наложение ладоней, освободило ли оно бедолаг от власти Демьяна.
… Полчаса — это он сказал с большим запасом. Набрасывал линии, почти не глядя, будто наизусть. Ирине хотелось поговорить с ним, но пока она помалкивала. Сидела свободно, время от времени осматривалась. Интересно же… Столько людей! И всё прибывают. Благо сидела девушка внизу улицы, она наблюдала, как постепенно дорожные плиты исчезают под ногами самой настоящей толпы. А потом ещё одно развлечение: метрах в двадцати уселся аккордеонист, а спустя некоторое время на другой стороне улицы основательно устроилась целая музыкальная группа эстрадников: были расчехлены гитары, разложена барабанная установка, и скромно встало на ножки электропианино. Забывшись, Ирина улыбнулась: аккордеон как-то не «ругался» из-за присутствия эстрадных инструментов, хоть играли на нём не в лад с музыкантами.
Рядом Ярослав тихо сказал:
— Женя, очки…
Упырь, которого он выглядел, оказался парнишкой лет семнадцати. Обычный. Куртка нараспашку, футболка, джинсы, кроссовки. Незаметный. Только шёл он настолько целенаправленно, что Ирина даже затаила дыхание. Как он идёт? Чует ли, что впереди человек, который станет для него «донором», спасителем? Интуитивно ли? Видит ли?
Ребята переглянулись. Женя, быстро надевший очки да ещё ссутулившийся, глядя в землю, остался на месте. Макс, который работал с подругой — первой, рекламной, моделью, кивнул ей, предупреждённой, и быстро отошёл от мини-мольберта. Никита, который просто сидел — рано для желающих получить портрет, не спеша встал и пошёл в другую сторону. Красимир уже напрямую торопился за палатки. Туда же, но чуть поодаль, последовал Ярослав.
Ирина удержаться не смогла. Смотрела во все глаза, как к парнишке подошёл Макс и что-то сказал ему. Парнишка хотел было его обойти, но сзади к нему плотно встал Никита и подтолкнул к палаткам. «А ведь здесь легко и преступления совершать. Никто ничего и не заметит, если бандиты захотят спрятаться так, как ребята придумали», — мелькнула паническая мысль, и девушка с испугом взглянула на Женю, который то коротко скашивался в нужную сторону, то снова, опустив голову, смотрел на землю, на уличные плиты или на камни.