Он побледнел.
Вот… зачем сказала? Глупая моя голова!
― И все же. Сколько полных лет?
― Двадцать… один.
Напряженность спала с его лица.
― И правда, уже большая, а голос совсем юный, ― тепло отозвался он, и я покраснела. Видел бы он меня вживую, не дал бы больше шестнадцати.
― А вам. Сколько вам лет? ― решилась я, обнимая себя за плечи, но не от холода.
― Если согласишься, скажу.
― Вы хитрый… шантажист!
― Все в твоих руках. ― пожал он плечами. ― Но скажу сразу, к еде я не привередлив, ― зачем-то добавил он, будто я уже согласилась.
― Захар! Ты, где пропал? ― раздались мужские голоса сбоку.
― Уже, иду! ― крикнул он, а затем его рука взлетела в воздух, секунда, и он коснулся пальцами щеки, заставляя оцепенеть и дрожать от горячего прикосновения шершавых пальцев.
― Подумай, Ягодка-Тая, подумай. Но мое предложение имеет слишком короткий срок. Всего два дня, ― мужчина свистнул, и Айто выбежал из-за дома, виляя хвостом.
Он ушел, оставляя меня в растерянности, с колотящимся сердцем и нехваткой кислорода в легких, одну. Я стояла, сжимая край порванной юбки, и боролась с желанием броситься за ним следом.
Нет, надо все обдумать. Может у него скрытый умысел?
Ничего… У меня в запасе есть целых два дня…
Глава 5.
Если я думала, что у меня будет время на раздумья, то я глубоко заблуждалась.
Вечером вернулись возлюбленные, и вместо счастья и блаженства на их лицах пролегла задумчивость и отрешенность. Я, конечно, попыталась узнать причину, но Маша и Никита уходили от темы, даже пакеты с обновками и новые обои они заносили в дом сами, без моего участия.
За ужином, была немного напряженная обстановка. Никита хмурил брови, сестра долго ковыряла вилкой лист салата.
― Может, кто-нибудь объяснит, наконец, что происходит? ― не выдержала я, бросая столовые приборы в сторону.
Маша и Никита переглянулись.
― Ничего. Просто, день был очень сумбурным. Мы так устали, что едва держимся. Помоешь посуду, ладно? ― сказала сестра, но на меня не взглянула. А, вот это уже странно…
― Хорошо, ― пожала плечами, и встала из-за стола. ― Если все поели, я приступлю к своим обязанностям незамедлительно.
― Так, дамы, спасибо за ужин. Все просто божественно, ― попытался улыбнуться Никита, и, громко вздохнув, сказал: ― Я на боковую.
― Спокойной ночи! ― одновременно высказались с сестрой, и я, бросив короткий полотенец на плечо, развернулась спиной к мойке.
― Что произошло? И можешь не обманывать, я все вижу!
Сестра горько усмехнулась, и с вызовом на меня посмотрела.
― Ну, и фантазерка ты, Таисия Альбертовна, ― хитро прищурилась Маша, скрещивая на груди руки и наваливаясь на дверной косяк плечом. ― Ничего криминального. Мой отпуск закончился, а это значит, что теперь ты будешь круглосуточно дома одна. И чтобы ты тут совсем не сошла с ума от одиночества, мне как любящей сестре, придется вернуть ноутбук его законной владелице.
― И это все? Я думала, ну не знаю, что случилось что-то из ряда вон выходящее, ― отмахнулась от сестры, но внутри меня все равно не отпускало беспокойство. Оно тонкими переливами звенело в ушах и сердце.
Да, работа менеджера в банке, то еще приятное занятие, но не уверена, что их настроение такое паршивое только из-за этого. Было что-то еще… Но сестра и Никита неумело это скрывали. Пусть! Не хотят говорить ― лезть в душу не стану.
Посуда вымыта, стол вытерт от крошек, можно и баиньки.
Когда я вошла в комнату, на столе мирно дожидался мой «творческий» друг ― ноутбук. Руки тут же зачесались проверить обновления в группе, и я не стала себе отказывать себе в удовольствии.
В четыре часа утра, когда за окном начал громыхать гром, а в воздухе запахло озоном, предвещая дождь, я закрыла крышку ноутбука, и довольная плюхнулась на подушку, и мгновенно открыла глаза.
На кухне кто-то тихо переговаривался, и не надо долго думать кто.
Пришлось приоткрыть тихонечко дверь, чтобы расслышать, о чем так жарко шептались Ник и Маша.