В своей прошлой жизни он никогда не понимал этого действа. Для чего оно нужно, было понятно – расслабление, нахождение гармонии в себе и все остальные вещи, что стали модны в двухтысячных, когда страну заполонили разнообразные гуру и иже с ними. Всякие экстрасенсы и прочие адепты от магии сорвали свою волну популярности в девяностых, когда у некоторых появились деньги, но не мозги. Виктор это понимал, но никогда не мог достичь, как бы его бывшая девушка, Лиза, инструктор по йоге, не билась над ним. Все эти единения с космосом и отклики были для него просто заумью, вся суть которых разбивалась и терялась, стоило лишь ему увидеть Лизу в ее обтягивающих маечках и лосинах для занятий этой самой йогой. Ну какое спокойствие могло быть у него, если капли пота, после интенсивных занятий, так соблазнительно стекали в ложбинку груди?
Но все это изменилось, когда Виктор начал свои тренировки с чакрой. Благодаря знаниям Тсунаде, где было очень много информации именно о правильной медитации, как в медицинских целях, так и просто для улучшения контроля над разнообразными техниками ирьедзюцу, он открыл для себя совершенно новый мир. Нет, в этих медитациях даже слова не было про единение с космосом, да там даже таких понятий не было в глобальных масштабах, но тут его собственное тело представало в виде того самого космоса. Неисследованного, непознанного.
Найти нужное состояние для медитации он смог лишь с третьего занятия, до этого было просто сидение в удобной позе и медленная циркуляция чакры по всей системе, для их тренировки, но когда он поймал его, состояние, то стал минимум два часа посвящать медитации. Спустя неделю уверенных занятий, Виктор решился начать структурировать свой разум, по методикам Тсунаде. Поначалу видимых результатов не было, но уже после начала учебы в школе, он заметил, что информация, которую он не знал, стала легче усваиваться и запоминаться, а та, что уже знал, легче вспоминалась.
Сама чакросистема у него была очень хорошо и гармонично развита, как и обещала Тиамат. На уровне опытного токубетсу джонина, специализирующегося как раз на ирьедзюцу. Поэтому особых проблем с контролем не возникло, удручало другое – объем его собственного источника. Довольно странное сочетание, когда все каналы и тенкецу развиты как у ветерана, побывавшего не в одной сотне битв, и источник, запас которого был на приличном уровне кланового, но все же чунина. Успокаивало, что до пятнадцати лет его источник чакры еще не до конца сформировался и его можно было развивать, так как он был очень пластичен в этом плане. Вот после наступления этого возраста, развитие источника становилось очень медленным и сложным, а в некоторых случаях и невозможным.
Также, из знаний Тсунаде он узнал и про извечную борьбу всех шиноби за контроль при больших объемах чакры. Оказалось, что контроль у всех ниндзя обратно пропорционален количеству чакры в источнике, то есть, чем меньше ее было, тем легче было ей управлять. Ответ на его мысленный вопрос самому себе, как же тогда было возможно, что Тсунаде, при ее больших объемах чакры была настолько искусна в контроле, оказался до банальности прост – она была гением.
Рассчитывать на то, что он тоже окажется гением ирьедзюцу, очень хотелось, конечно, но лучше было не тешить себя надеждами, которые могли оказаться напрасными. Это когда он действительно был в своей прошлой жизни подростком, он был максималистом и легко мог называть себя гением в чем-то лишь потому, что хорошо мог делать какие-то вещи, легко их осваивая или применяя. Сумел сделать «эластико» Роналдиньо или «рулетку» Зидана, которую еще называли марсельской, во время игры во дворе с остальными пацанами в мяч? Все – гений футбола. Где скауты? Пусть приходят, предлагают контракт с Реалом или Манчестером Юнайтед. Вот прямо во двор. Впрочем, все мальчики в этом возрасте были такими. Наглыми, самоуверенными, считающими, что знают все лучше остальных и снисходительно смотрящих на своих родителей, бабушек и дедушек.
Только в данный момент Виктор был лишен этого. Взрослое сознание уже давно приобрело свою долю иронии и здорового скептицизма во взгляде на жизнь, поэтому никаких наивных мечтаний, лишь упорные тренировки.
А вот с занятиями боксом ему пришлось самым натуральным образом обломаться. Никто не горел желанием везти его одного в город несколько раз в неделю в ближайший боксерский зал. Даже всегда такой отзывчивый Чарльз в ответ на просьбу лишь покачал своей лысой головой, Рэйвен лишь развела руками, сказав, что драки - это не занятие для хороших мальчиков, заодно невольно напомнив Виктору, что он не в своем прошлом мире, а вот Эрик лишь усмехнулся и отправил Виктора заниматься развитием своего телекинеза. К Ханне с этим он не обращался по очевидной причине – ее внешнему виду. Женщина из особняка то выходила редко, куда уж ей в город было ездить?