На третий же день его пребывания в больнице к нему пришла посетительница.
- Хэй, мелкий, - вошла в его палату та, кого он видеть не горел желанием от слова «совсем».
- И тебе не хворать, консерва, - недовольно отозвался Виктор.
- Консерва? Это что-то новенькое, - усмехнулась Старк и, подтащив стул поближе к его кровати, села.
- Ну, я уже не карлик и не гном, - начал довольно пояснять Виктор. – Значит и ты не сисястая корова…
- А консерва? – Скорее утвердила, чем спросила Антония.
- Да ты гений, - деланно восхитился он и даже послал в ее сторону воображаемый выстрел из пистолета, сложенного из пальцев.
- И после этого мне говорят, что я язва. Где справедливость? – Возмутилась миллиардерша.
- Такая большая, а в сказки веришь, - не удержался от подклоки Виктор. – Нет в мире справедливости.
- Ой, кто бы говорил, - отмахнулась молодая женщина и Виктор только сейчас обратил внимание на то, что та, была одета в простую одежду. В смысле не простую в плане качества, цены и известности брендов, а в смысле, что не в эту больничную робу.
- Вот именно, кто бы говорил о справедливости, но только не ты, - Виктор обвинительно ткнул пальцем в ее сторону. – Почему на тебе нет этого убожества? – Он второй рукой оттянул ткань своего больничного обмундирования.
- Потому что я не пациент, разве это не очевидно? – Передала голосом все, что она думает об его умственных способностях, Старк.
- И после этого ты говоришь о справедливости? Ну ты и наглая! – Виктор скрестил руки на груди. – Это ведь тебя там ранило, так почему я до сих пор тут торчу, а ты уже выписалась?
- Потому что тебя сильно контузило от взрыва, а Стрэндж сейчас недоступна, - ответила Старк. – А у меня так, легкая гематома, несколько трещин в костях, потеря крови и все. Но я-то женщина, значит это ерунда, а вот ты слабый и изнеженный мальчик.
- Нормально все со мной, - возразил Виктор, который действительно прекрасно себя чувствовал, не обращая внимание на последние слова одной светской львицы и гения в одном флаконе. - И при чем тут Стрэндж?
- Я хотела, чтобы она тебя осмотрела.
- Что, совесть взыграла?
- Я тебя умоляю, мелкий, - закатила глаза Антония и скрестила руки на груди, отчего очень сильно напомнила ему одну мемную картинку, популярную в интернете с участием актера Роберта Дауни-младшего.
- Да? И что, одна надменная тетка отказала другой? – Голос Виктора взял новые вершины сарказма, а его необычные серебристо-лавандовые глаза без видимого зрачка смотрели прямо на Старк.
- Нет, - лицо миллиардерши, гения и дальше по списку стало серьезным. – Мисс Стрэндж, - особо подчеркнула слово «мисс» Антония, таким образом намекая, что та все еще очень молода, а, следовательно, и сама она тоже, - попала в сильную аварию и сейчас лежит в больнице с поврежденными руками. Говорят, что ее карьера, как хирурга окончена.
Но все эти игры тоном и словами были пропущены, благодаря самой новости, которая была неожиданной. Виктора словно по голове пыльным мешком огрели. Не думал он, что канонные события из кинематографической вселенной Марвел будут реальны. Конечно, их хронология была другой, да и сами события очень отличались во многих деталях, но это уже был звоночек для него. Тревожный такой звоночек, предупреждающий о грядущих неприятностях. Скорее всего не все, но знаковые события будут и в этой вселенной, пришел он к неутешительному для себя выводу. А значит и нападение читаури, и феникс, будь он (именно ОН!) неладен, и долбанный Танос или как тут зовут женскую версию этого фиолетомордого титана, и Галактус или как ее там… Плохо. Очень-очень плохо.
- Что с тобой? – Наконец услышал он уже довольно громкий голос Антонии Старк. Весьма обеспокоенный голос, между прочим. – Так сильно переживаешь о здоровье Стрэндж? Я думала, что она, как и я, тебе не понравилась.
- Не понравилась, - кивнул Виктор головой, не став разубеждать свою собеседницу в ошибочности ее очевидных выводов. – Но это не значит, что я желаю зла тем людям, которые мне не нравятся. Вот ты, например. Ты, консерва, мне тоже не нравишься, но я тебе жизнь спас. Дважды.
- Кто кому еще жизнь спас.
- Я тебе, разве это не очевидно? - Виктор воспроизвел в точности интонации и выражение лица Антонии, когда она демонстративно усомнилась в его умственных способностях. – Ты вообще мне сильно задолжала.