Как же кстати были эти слова. Впору бы им обрадоваться. Но он почему-то сказал:
– Вы же понимаете, что уже поздно планировать проект на другой кафедре.
– Конечно.
– Хорошо. Скажите, насколько для вас она важна?
– Она мне интересна. По этой теме я давно хочу провести исследование. И я учусь на платном отделении. Эта научка поможет мне свести плату за обучение до минимума.
– Подождите, – Саша нахмурил брови. – Как так вышло, что вы учитесь на платном?
Она сидела, сложив ладони в кулак на коленях, и грустно смотрела в сторону.
– Чтобы избежать распределения. Моя семья достаточно обеспечена, и дело вовсе не в деньгах. Просто я, – она запнулась, пытаясь сформулировать мысль. Но Саша понял ее. Она просто стремилась к независимости, – не хочу, чтобы родители платили за меня.
Наверное, в тот момент она начала ему нравиться. Красивая, уверенная в себе девушка. Она стала спокойнее. Ее взгляд перестал бегать, выискивая, куда вставить свое мнение или предложение. Подбородок опустился ниже. Ушла гордость, пришло чувство собственного достоинства.
– У вас остался мой номер?
– Да, – ответила она Саше и улыбнулась. – Спасибо.
– К сожалению, на данный момент не могу предоставить вам даже приблизительного расписания. Я не рассчитывал на эту работу. Встречи будем согласовывать каждый раз, когда у вас будет готов каждый следующий объем работы.
Они успели поработать вместе чуть меньше месяца, когда Саша убедился, что она действительно изменилась.
Она научилась различать, что нужно показывать, а что скрывать. О чем говорить, о чем молчать. Когда говорить, а когда слушать. И как высказывать свое мнение.
Саша был приятно удивлен переменам в ее характере, поведении и стал ловить себя на мысли, что ему нравится проводить с ней время. Намного больше, чем ему хотелось бы. Намного сильнее, чем было дозволено. Он проникся ее научной работой, потому что это позволяло им видеться чаще.
Лена уже не была той девушкой, из которой вырывалась самоуверенная, бросающаяся в крайности девочка. Но девушкой, из которой своим проницательным взглядом на Сашу смотрела самодостаточная, при этом не лишенная хрупкости, молодая женщина.
Их разговоры ограничивались историей и проектом, над которым они работали. Саше впервые за все время преподавания хотелось нарушить свои правила и сменить тему, увести академический разговор в сторону, вскользь спросить что-нибудь, касающееся ее жизни, или сказать о своей. Но нужно ли это было ей? Она даже не пыталась сделать из него приятеля, как многие студенты.
Она сидела перед ним и ждала инструкций, смотрела в глаза в ожидании ответов на вопросы или комментариев по теме. Как на источник информации. Он же смотреть ей в глаза боялся. Ему казалось, что сделать бесстрастным этот взгляд он не мог. И та привычная естественная дистанция, которую он выдерживал со всеми студентами, в присутствии Лены превратилась в тяжелый труд.
Он видел из окна машины, как она спускается в метро и хотел довезти ее до дома, чтобы она не мерзла, чтобы не пробивалась через толпу потных людей, которые будут душить и толкать ее в общественном транспорте. Она должна была сидеть на пассажирском сидении его машины.
Как по воле чьей-то злой шутки, Саша будто наблюдал со стороны, как все больше и больше зависел от своей студентки, и ничем не мог себе помочь. Он мельком замечал, как на коридорах университета она свободно общается с одногруппниками, смеется. И хотел, чтобы такой она была и с ним.
Была середина марта. Прошла половина последней пары. Саша выпустил группу первокурсников, с которыми закончил обсуждение курсовых работ. Выглянул на коридор, чтобы проверить, не пришла ли Лена раньше условленного времени. Было пусто. Он вернулся в аудиторию и подошел к окну. Капли дождя наперебой падали на стекло и, сливаясь друг с другом, быстро стекали вниз. Далекие и близкие, желтые и белые огни вечернего города растекались как акварельные краски на черном фоне. Он положил руки на подоконник и, немного откинув голову назад, закрыл глаза. Предвкушение встречи с Леной теплом разливалось по телу.
Он никогда не допускал и мысли о том, что у него могут быть отношения со студенткой. Для него это было почти так же неестественно, как и связь с ребенком. Дед бы точно не одобрил того, что он назначает своей студентке в два раза больше встреч по поводу научного проекта под предлогом, что проект очень сложный. Сложный, конечно. Но не настолько.
Два стука в дверь, и Саша повернулся ей навстречу. Она была одета в черную юбку до колен и белую рубашку. Волосы собраны в пучок. Они поздоровались. Он наблюдал неподвижным взглядом, как легкой походкой она шла на свое место.