Выбрать главу

Саша вышел из-за стола, чтобы поторопить официантку и купить сигарет.

– Он стал намного меньше курить, – сказал Максим, обращаясь к Вике. – Твоя работа?

Вика пожала плечами.

– Нет, я ничего не делала. Это еще не самое удивительное. Я не поверила, когда он сказал, что хочет устроить себе сегодня полноценный выходной. Саша и выходной, – она развела руки, – что-то невообразимое.

Они развили тему отдыха и к тому моменту, когда Саша возвращался, на ходу вынимая сигарету из пачки, Вика говорила о том, что через неделю уезжает отдыхать. Без Саши.

– Кстати, Григорьев, надо бы возобновить традицию греть бока на нашу днюху.

Выпустив дым вверх, Саша невнятно сказал, что это неплохая мысль.

– Мы улетаем в теплые края за недельку до Нового года, – Максим пояснял Виолетте, – и понеслась: мой день рождения, через два дня его, – он указал на Сашу, – и Новый год.

– О, могу себе представить, – кивала Виолетта. – Море хоть раз видели?

– После Нового года мы полностью посвящаем себя морю. Да.

Вика заметила, что Саша затушил сигарету, не выкурив и половины. Она посмотрела на него. Он улыбнулся и тихо спросил, хорошо ли ей. Его голос звучал подавлено. И что было говорить про губы, которые по цвету ничем не отличались от лица. Было ощущение, что раздвинуть уголки рта для улыбки ему стоило огромных усилий.

– Саша, что с тобой?

Он поправил положение тела в кресле.

– Все в порядке. А что?

Она видела, как он старается, чтобы его слова звучали так, будто они даются ему с легкостью. И его неестественное «Все в порядке» испугало ее еще больше. Она приложила ладонь к его щеке.

– Саша, ты бледный. Выпей воды.

Он сделал глубокий вдох и, держась одной рукой за стол, продолжил дышать ртом. Воды на столе не было. Быстрыми движениями она ухватилась за стакан с соком и поднесла ко рту Саши.

Допив, он поставил стакан на стол.

– Я давно не курил, – опустив голову вниз, говорил он. – Голова закружилась.

– Как давно? Ты только вчера ночью выкурил несколько сигарет.

– Я выкуривал по две пачки в день. – Он еще раз сделал глубокий вдох. Ладонь лежала на груди. – Полдня для меня это долго.

– Да, он прав, – подтвердил Максим и, поднявшись со своего места, хлопнул Сашу по плечу. – Я за водой, дружище.

– И захвати кофе, – сказал Саша все еще слабым, далеким голосом.

Вика пошла вместе с ним в уборную, где он умылся холодной водой и смочил шею. Стоя напротив зеркала, она всматривалась в отражение его все еще бледного, будто припудренного лица, с которого стекала вода, и пыталась понять, испугался ли он сам.

– Ну что, пойдем? – сказал он так, будто пришел сюда просто попить водички. И она не поняла.

Они посидели еще около часа, и, оставив Виолетту и Максима, возвращались к машине Вики. К этому моменту стемнело.

– Ты меня провел, – сказала Вика, когда они отошли на значительное расстояние. – Я так и подумала, что Максим мутит с вашей этой адвокатшей.

– Разве я тебя переубеждал? Я просто сказал, сколько ей лет, и что у нее есть дети. Ты сама передумала, – он поднял указательный палец вверх.

Вике было приятно снова видеть его в хорошем настроении. Она открыла машину и, взявшись за ручку, сказала Саше, который уже был готов опуститься на сидение:

– Вот как ты умудряешься обставить ситуацию так, чтобы выйти сухим из воды и оставить меня в дураках?

Он улыбнулся и, подмигнув в ответ, сел в машину.

Вика все еще чувствовала себя неуверенно за рулем. И тишину в салоне по пути домой лишь иногда прерывал Саша, когда проговаривал, какую дорогу лучше выбрать, чтобы доехать быстрее.

Он молчал, когда у дома она трижды пыталась припарковать машину. Ее раздражали советчики, когда она была за рулем, но ничем не лучше оказалось и то, что он ничего не делал и не говорил, чтобы помочь. Машина криво стала на свое место только на четвертый раз. Вика заглушила мотор и, недовольная собой, выдохнула.

Она ухватилась за ручку, чтобы выйти, когда Саша вынул ключ из зажигания и передал ей.

– А, да, – непринужденно сказала она, стараясь не показывать вида, что это расстроило ее еще больше.

Когда она забирала ключ, он обхватил ее руку ладонями.

– Все хорошо. Ты зря переживаешь. Я посмотрел и понял твои ошибки. И, если хочешь, завтра еще раз покатаемся вместе, я расскажу, как их избегать.

Его голос, все еще немного неестественный после плохого самочувствия, но по-прежнему проникающий, отвечающий на все вопросы. И взгляд, который говорит, что нет ничего, чего нельзя было бы пережить, и все, что имело значение, отходит на второй план. И на третий. И в мире существуют только они вдвоем, готовые всегда прийти на помощь друг другу.