Лена настояла на том, чтобы сесть за руль самой, и предложила прогуляться на свежем воздухе в каком-нибудь живописном месте.
– Тебе лучше? – спросила она, остановившись у ближайшей по дороге кофейни. Он кивнул. После таблетки ему и правда стало легче.
Вынув из сумочки кошелек и пропустив поток автомобилей, Лена выбежала из машины. Она забыла спросить, какой кофе он будет. Иногда, под настроение он пил капучино. И она об этом знала.
Лена вернулась с двумя стаканчиками и протянула Саше тот, от которого кофе не пахло. Потому что там был чай. Он приоткрыл крышку стаканчика. Нет, не чай. Это был зеленый чай. Сок выжатых сцаных тряпок.
– Продавец сказал, что это очень полезный травяной напиток, – пояснила она, набрасывая ремень.
– Спасибо, – он вновь закупорил стаканчик, чтобы не чувствовать ни малейшего запаха этого полезного напитка.
Лена вела машину в центр города, и через несколько поворотов Саша понял, что она едет в парк неподалеку от здания факультета.
Первые опавшие листья сухим шелестом бежали по дороге. Стало еще прохладнее. Парк навевал Саше воспоминания о студенческих годах. Ранней осенью и поздней весной с друзьями-одногруппниками он часто здесь гулял, курил, ел пирожки.
Они выбрали скамейку неподалеку от реки. Он сидел, повернувшись в ее сторону, и вертел в руках стаканчик, полный остывшего недочая.
– Не собираешься уходить из университета? – она первая прервала молчание.
– Нет. Пока нет.
– Ты столько раз собирался. Мне кажется, ты уже никогда оттуда не уйдешь.
Он кивал головой, соглашаясь с ней.
– Тяжело оставлять то, чему был предан долгие годы, – он оглянулся по сторонам в поисках урны. – Может, это и к лучшему.
Урна была со стороны Лены, и он поставил стаканчик на асфальт. Мимо шагали две старушки с разодетыми собачками на поводках и беседовали.
Саша взял руку Лены и рассматривал ее, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони.
– Может, это и правильно, – повторил он последнюю мысль как бы самому себе.
– Как поживает Василий Петрович? – спросила она и нахмурилась, будто пыталась что-то вспомнить. – Когда же я его в последний раз видела?
– Когда заходила за мной весной того года. Мы потом Рому из садика забрали и поехали на ужин к моим родителям.
– А, да. И он говорил о свадьбе.
– Да, он не отчаивался нас поженить. – Не отпуская ее руку, Саша выпрямился. – Я думал, ты знаешь. Василий Сигизмундович умер полгода назад.
– Нет, я не знала, – она опустила голову вниз.
– Скорая забрала прямо с лекции. Через день он умер в больнице. Лучший друг деда. Мудрейший человек. Он когда-то сказал мне, что не зря страдал от болезни.
– Что он имел в виду?
– То, что он лег в больницу и передал мне работу над твоим научным проектом.
– Да. Он понял, что мы неравнодушны друг к другу раньше, чем мы захотели это принять. Саш, может, если бы мы были женаты, мы бы не смогли так просто и быстро разбежаться? Может, он и тогда знал больше нас?
После двух сорвавшихся свадеб, Лена не спешила выходить замуж. Она хотела, чтобы они поженились после того, как появится ребенок.
Саша проводил пальцем по выступам вен на ее ладони и не хотел говорить о том, что могло спасти тогда их отношения. Смысла не было.
– Может, – он отпустил ее руку и сел прямо, прислонившись к спинке скамейки.
– Когда я вернулась из клиники в Польше, я чувствовала себя всемогущей. Стараниями, страданиями, слезами, тренировками я вырвала у докторов тот один обещанный процент того, что я поднимусь на ноги. И после этого мне казалось, что я смогу удержать в руках весь мир. С таким настроем я ступила на порог факультета.
– О, я прочувствовал этот настрой.
Они посмотрели друг на друга и улыбнулись.
– Нет-нет, – она помахала перед ним пальцем и продолжила, будто боялась, что он перебьет ее: – Я не об этом. Триста восемьдесят семь баллов из четырехсот. Этот факультет принадлежал мне. Мне, безусловной хозяйке жизни. Только потом я поняла, что все это бессмысленно, потому что я не могла быть с мужчиной, который мне нравился до безумия.
Когда-то, сидя на кухонном столе в его футболке, Лена среди ночи поедала суши и рассказывала, что он начал ей нравится в процессе написания курсовой. Но без подробностей.
– Если я не видела тебя на коридоре, не встречала у входа в университет, день был прожит зря. О твоей личной жизни не было ничего известно, но я представляла, что у тебя есть девушка. Я видела, как вы беседуете, смеетесь, кушаете, гуляете, занимаетесь любовью. Я ревновала и завидовала. Я много думала, какая она была, почему понравилась тебе? Я не рассчитывала, что смогу привлечь твое внимание. Но каждый день старалась быть на нее похожей. Я смотрела на тебя, привлекательного, умного, немного загадочного и видела ее. И я изменилась, перевернулась с ног на голову, я стала похожа на ту воображаемую девушку. Даже не представляю, какой бы я была, не появись ты в моей жизни.