Обхватив себя руками, Вика стояла у окна рядом с отделением реанимации. Инсульт. Саша должен выжить. Он продержался столько один в ванной. Теперь ему помогают специалисты. Он обязательно выживет. Почему, проснувшись тогда в восемь, она не поднялась поискать его? Они потеряли столько времени.
Вскоре на коридоре появились его родители и Марина. Следом за ними, оборачиваясь по сторонам, шел Максим.
– Как он? Что говорят? – голос Татьяны Вячеславовны дрожал. Отец и Марина впились в Вику глазами, ожидая от нее информации.
Вика пожала плечами.
– Сказали ждать.
– Сыночек, – плача в голос, Татьяна Вячеславовна согнулась и опустилась на скамейку. Дмитрий Владимирович присел следом и обнял ее за плечи.
Держа руки в карманах, Максим стоял с потерянным видом, будто не понимал, где находится и что произошло. Татьяна Вячеславовна убежала в сторону приемной узнать, как можно поговорить с доктором.
– Как ты? – сквозь слезы спросила у Вики Марина. Вика пожала плечами. Что именно ее интересовало? – Держись, дорогая, – Марина обняла ее.
Держись. Как? За кого? Если человек, которого она еще вчера обнимала, не известно будет ли жить сегодня. В ответ Вика ладонями едва коснулась спины Марины.
Он выживет.
Да, только вчера она впервые почувствовала неограниченное счастье. Почувствовала, что Саша с ней, что он для нее. Еще вчера он рассказывал о своих планах на зиму, а сегодня мог не выйти из больницы.
Вика села на самую отдаленную лавочку. Она не хотела слышать никого, кроме доктора, который скажет, что с Сашей. Казалось, что ее кожа все еще пахнет его слюной, а тело не остыло от тепла. Теперь что с ним будет? Что будет с ней? А ребенок? Она зажмурилась. Только бы Саша выжил.
Доктор, худой зрелый мужчина в очках, вышел где-то через полтора часа.
– Родственники Александра Григорьева? – в его руках была карточка. И все замерли. По выражению лица Вика пыталась прочесть, все ли хорошо. – Мы думаем, что он будет жить, – сказал он как-то грустно. И Вика не почувствовала облегчения. – И если вы понимаете, что мы имеем в виду, говоря об инсульте, то на данный момент проблема заключается в том, какой будет эта жизнь.
Что значит, какой будет его жизнь? Вике казалось, что она перестала дышать. Разве вопрос был не в жизни и смерти?
Доктор продолжал:
– Поймите, инсульт в его возрасте большая редкость. И, учитывая, что он молод, мы могли бы обойтись минимальными последствиями. Но помощь была оказана несвоевременно. Он долго пролежал без сознания. Плюс два удара от падений. Да, он еще пытался встать. Что ж, для начала дождемся, пока он придет в сознание. Надеюсь, это произойдет скоро. И наш второй вопрос, как вы понимаете, каким он придет в сознание. И третий, что восстановить удастся, а что нет. У меня есть некоторые прогнозы, но озвучивать их пока я не буду, так как практика показывает, что каждый случай уникален. Скажу одно, рассчитывайте на худшее, надейтесь на лучшее. И ждите.
Татьяна Вячеславовна пыталась задержать доктора и расспросить подробнее. У Вики тоже были еще вопросы. Что значит, какой будет его жизнь? Что это значит? Доктор ответил, что сказал все, основываясь на проведенных обследованиях, и что в данный момент больше нужен Саше. И ушел.
Вика отходила дальше, чтобы не слышать плача Татьяны Вячеславовны и Марины. Рука тянулась в сумочку за телефоном. В голове эхом раздавались слова доктора: «…какой будет эта жизнь… каким он придет в сознание… минимальными последствиями…» Она остановилась в конце коридора. Поблизости не было кабинетов. Только окно с видом на соседние больницы, уродливые многоэтажки. Вика оглянулась, чтобы рядом никого не было и, поднеся телефон к губам, сказала:
– Окей, гугл. Последствия инсульта.
Глава 21
Саша пришел в сознание через несколько дней. Родители позаботились о том, чтобы перевести его из больницы в лучшую неврологическую клинику. Его не оставляли одного. Татьяна Вячеславовна была с ним в палате вечером и ночью. Отец взял отпуск и просиживал с сыном дневное время. Нередко их подменяли Марина или Максим.
Вика жила в новой квартире и навещала Сашу в каждый свой выходной. Он спал без малого круглыми сутками, и каждый раз она боялась, что он проснется в ее присутствии. Потому что, после того как он открывал глаза, ничего приятного не происходило.
Они с Татьяной Вячеславовной молча сидели в палате. Палата была одноместной. Помимо койки в ней находился столик, пара кожаных кресел, несколько стульев и диван. Саша спал. Его лицо выглядело таким же измученным, как и в тот день, когда она нашла его лежащим без сознания в ванной. Уголки глаза и рта с парализованной стороны были заметно опущены.