– В следующий раз найди способ предупредить меня.
– Хорошо, – сказала Марина и, обступив Вику, пошла в сторону кухни. Вика не ожидала, что она останется. Она собралась ее провожать.
Наливая воду в чайник, Марина предложила ей чаю. Наглость?
– Нет, не хочу, я с работы. Выходила не в свою смену. Я сразу спать.
Марина кивнула и села за стойку.
– Я ненадолго. Красиво здесь, – она всматривалась в окно, пытаясь рассмотреть что-нибудь сквозь отражение кухни на стекле. – Ты уже делала узи? Можно посмотреть?
Вика вернулась за сумочкой в коридор. Карточку она всегда носила при себе.
Марина поставила бурлящий чайник на подставку и с чашкой вновь села за стойку. Вика протянула ей черно-белое изображение ребенка, больше похожее на тень с большой головой и еще большим животом.
Марина спустилась со стула, чтобы взять первое фото своего племянника. Улыбнулась.
– Спасибо, – она отложила лист с изображением. – Вика, на этой неделе мы с Максимом поможем тебе переехать в Сашину однушку. Выбери удобный день.
– Я не могу ответить сразу. Будет зависеть от графика. Скажу завтра или послезавтра.
– Саша уже двигает пальцами, сгибает руку и ногу, – Марина сделала глоток обжигающе горячего чаю, не отрывая взгляда с той части столешницы, где в вазе стоял букет роз от Артура. – Он хочет видеть тебя. Ты так редко у него бываешь.
Вика не собиралась объяснять, откуда взялись эти цветы. Мало ли благодарных клиентов.
– Я знаю. Мы созваниваемся каждый день. Мне нелегко работать, следить за беременностью и часто бывать у Саши.
Марина кивала, прикрыв рот чашкой. И в тот момент взглядом, задумчивым и грустным, напоминала Сашу. Да, схожие черты у них все же были. Несколько быстрых глотков, и, поднявшись со стула, Марина вылила в раковину оставшийся чай и вымыла чашку. Перед уходом она еще раз посмотрела на изображение ребенка, будто хотела запомнить.
Лишь защелкнув замок двери, Вика поняла, что она забыла взять ее номер телефона. Или не забыла? Или Марина знала ее номер?
А это уже неважно. Вика сбила ногой стул. Для всей этой семьи она лишь кто-то, кто носит ребенка Саши. Не больше. И Саша тоже. И так было с самого начала. Как она не понимала раньше, что так было с самого начала?
Они заботятся о том, чтобы она навещала Сашу, чтобы он шел на поправку. Но кто заботится о ней? Никто.
Дрожащими руками она набрала номер Артура и попросила забрать ее из дома, который вдруг стал ей ненавистен. Она не станет ждать, пока ее выселят.
Через полчаса на скорости двести километров в час в машине Артура она мчалась навстречу счастью.
Почему она должна приносить себя в жертву Саше и всей его семье? Он ведь не жалел ее, когда выгонял из своего дома из-за мелочи. Он не думал о ее чувствах, когда искал в ней Лену и не скрывал этого. Он не пошевелил бровью, когда она решила от него уйти. Так почему она должна жертвовать собой ради него?
Через несколько часов,обхватив ноги руками, она сидела обнаженной в полумраке роскошного номера отеля. Сквозь прозрачные молочные шторы виднелись огни высотных бизнес-центров. На столике у постели пенилось не тронутое вкуснейшее полусладкое, и лежал ее новый дорогой телефон. Артур умудрился найти среди ночи магазин сотовой техники и купить подарок, чтобы утешить ее, чтобы сделать приятно. Вика улыбнулась. Пряди волос приятно пробежали по спине, когда она посмотрела на сопящего рядом Артура.
Сказать ему сейчас о беременности? Нет. Конечно, нет. Даже если он ее и любит, то пока не настолько, чтобы принять беременной от другого мужчины. Сказать позже? Еще более нелепо.
Был еще один вариант. Оставить Артура, оставить Сашу и продолжить жить ради ребенка, не рассчитывая ни на чью помощь. Кто захочет, тот поможет, кто захочет, тот останется с ней. Многие женщины выбирают такой путь. Сложный и неопределенный. Путь мало обещающий. Путь, который ей не подходил. Она давно поняла, что не похожа на многих женщин.
Вика поднялась с постели и прошлась до окна. С высоты шестнадцатого этажа ей подмигивали горящие вывески баров, клубов, магазинов. Жизнь в центре событий. Жизнь на вершине. Жизнь полная свободы. Жизнь, к которой она стремилась. Жизнь, путь к которой ей преградил Саша.
Принимать решение труднее, когда от него зависят другие. К сожалению, она отчаянно пыталась вписаться в сценарий, написанный не для нее. И ей это удалось. Ей не выйти из истории тихо, не задев ничьей судьбы.
Она могла бы спросить совета у Алены, но это не Аленина жизнь. Это ее жизнь. И она заслужила счастья.
Вика подошла к прикроватной тумбочке. Время на телефоне показывало полночь. Похрапывал Артур. Она взяла в руки бокал и, решив, что завтра же запишется на прием к врачу, за несколько глотков выпила теплое выдохшееся шампанское до дна.