Казарма, впрочем, оказалась пустой – видимо, другие студенты еще не вернулись с практических занятий. Кип прошел к своей койке у задней стены, еще раз удостоверившись, что в помещении никого нет. Отсчитал четыре койки от своей собственной, раскрыл сундук в ногах одной из пустых кроватей и запустил руку под одеяла.
У него вырвался вздох облегчения: кинжал был на месте.
Кип сунул его обратно, аккуратно закрыл сундук, постаравшись придать ему точно такой же вид, какой был до инспекции, затем вернулся к своей постели, разделся и лег.
В кои-то веки ему ничего не приснилось.
Проснувшись на следующее утро, он обнаружил, что вокруг царит оживление: студенты переговаривались друг с другом, даже не пытаясь понизить голос ради тех, кто еще лежал в кровати. Впрочем, сев на постели, Кип понял, что он был единственным, кто еще не встал.
– Что происходит? – спросил он голосом, хриплым от долгого сна.
– Сегодня День спонсора, – отозвался мальчик через несколько коек от него. – Никаких лекций и практик. Мы все встречаемся со своими спонсорами.
Волоча ноги, Кип дотащился до общей умывальни, сполоснул лицо, прополоскал горло соленой водой и несколько раз провел гребешком по волосам, пока те не пришли в какое-то подобие порядка.
В одиночку он спустился по лестнице и вошел в столовую. Еду, к счастью, все же давали – причем гораздо лучше, чем обычно, как он заметил, – но едоков было совсем немного. Те из студентов, кто пришел сюда, сидели вместе со взрослыми. Кажется, некоторые из взрослых были их старшими братьями и сестрами, а то и родителями.
Чувствуя, словно у него в груди сердце сжали в кулак, Кип стоял со своим подносом, выискивая, где бы сесть. С другой стороны, какая разница? Где он ни сядет, везде будет один. Мать умерла. Дед от него отрекся. Отец пропал неизвестно куда, как пропадал на протяжении всей предыдущей Киповой жизни.
В одиночестве Кип уселся за стол. В одиночестве съел свой завтрак, принуждая себя не торопиться: какая-то его часть не то чтобы получала удовольствие от этой боли, но тем не менее в какой-то мере наслаждалась ею.
Вот это и есть удары, которые выковывают мужчину. Кип безропотно их принимал. Если так надо – пусть будет так.
Покончив с едой, он отправился в библиотеку. Библиотекарша оказалась неожиданно симпатичной, кажется, со слабой желтизной вокруг радужек.
– Боюсь, молодой человек, что все наши кабинеты для личных встреч уже заняты спонсорами, – сказала она ему.
– Мне не нужен кабинет. Мне нужны книги. О стратегии игры в «девять королей».
– А! – Ее лицо просияло. – В этом, думаю, я смогу тебе помочь.
Рея Сайлуц была четвертым заместителем директора Хромерийской библиотеки. Обычно она работала в поздние смены. Прежде чем Кипу было позволено хотя бы взглянуть на книги, ему пришлось подписать контракт, обязывавший его не проносить в библиотеку воспламеняющиеся вещества и не извлекать в ее стенах красный люксин. Покончив с этим, библиотекарша усадила его за стол на теневой стороне библиотеки – хотя, конечно же, здесь было предостаточно искусственного света от расставленных повсюду желтых светильников. Потом она принесла ему с полдюжины книг.
– Ты часто играешь? – спросила его Рея.
– Играл всего два раза. Оба раза проиграл, по-крупному.
Она тихо засмеялась. Ее темные волосы, скрученные в тугие кудряшки, образовывали вокруг головы большое аккуратное облако, оттеняя узкое лицо с полными губами.
– Большинство людей проигрывают первые двадцать игр, прежде чем начинают что-то понимать.
«Ой-ой…»
– Мне это не подходит, – решительно сказал Кип. – С чего надо начинать?
– Сперва прочти вот эти две, а потом хорошенько изучи еще эту. Здесь нарисованы все варианты игральных карт, так что ты можешь сверяться с рисунками, если будешь чего-то не понимать. Чем скорее ты их все запомнишь, тем лучше пойдет все остальное.
«Мама дорогая!»
Кип углубился в чтение. Он читал двенадцать часов кряду. Один раз, отлучившись в туалет, он по возвращении обнаружил рядом со своим столом какого-то человека, который записывал названия всех его книг, сложенных в несколько стопок. Увидев приближающегося Кипа, человек тотчас же скрылся. Сперва Кип хотел броситься за ним, но быстро понял, что совершенно не представляет, что ему делать, если погоня увенчается успехом.
«Просто отлично. То есть они следят за тем, что я читаю». Кип не знал, что это за «они», но, пожалуй, это и не имело большого значения.
Поднявшись с места, чтобы пойти поужинать, он подошел к столу Реи.