Сегодня тренировка будет интересной. Я дождался, когда в зале останется только моя бригада и достал повязку на глаза.
— Я хотел показать, как я вижу людей в пустыне. Я не нуждаюсь в обычном зрении. Я вижу всем телом. Я не хочу, чтобы для вас моё поведение было неожиданным или странным в экстренной ситуации, но и распространяться об этом запрещаю. Я такой какой есть.
Я надел повязку на глаза, подошёл к столу с оружием, взял пистолет и молча выпустил всю обойму в мишень. Можно было не проверять — я знал, что не промазал.
— Я много чего умею, просто прошу не удивляться.
— Как ты это делаешь, капитан? — спросил недоумённо Вик.
— Это тяжело объяснить, но я знаю где вы и как сейчас стоите, что делаете, какие предметы вокруг вас. Я просто вижу с закрытыми глазами.
Конечно, я не стану объяснять им про макеты и прочее. Что я могу сориентироваться и построить макет любого места, что я обладаю феноменальной памятью. Им это не к чему. Хватит и того, что я уже сообщил.
После неловкой паузы, тишину прорезал голос Льва.
— Всего лишь видишь с закрытыми глазами? И никакого супер-нюха? Ты меня разочаровал, капитан! — рассмеялся он.
— Ну да, и я про то же, что ничего особенного, главное не впадайте в ступор как Лева, а то я боялся, что он меня в психушку вместо больнички отвезёт!
— А что я должен был подумать, когда ты разделся, разулся и снял маску?
— Я вижу ВСЕМ телом, а там была буря. Думаешь легко было?
— Хорошо, мы поняли, капитан. Ничему не удивляться, никому не рассказывать, в психушку тебя не сдавать. — Серый воспринял новость как ни в чём не бывало. — Ты точно бессекционник? Тебе в координаторы надо.
— Я ещё не решил. Меня всё устраивает так, как есть.
Да я знаю, что у меня все замашки координатора. И Лис, и мама — координаторы. Военные-координаторы. Кем же мне ещё быть? Но я подумаю об этом, когда найду родителей.
Больше мы об этом не говорили. Отец подобрал мне отличную команду. Я мог им доверять. В эту ночь дежурили Сергей с Виктором, а я решил прогуляться перед сном. Если что-то случится, я на связи — браслет всегда со мной. Я кинул в рюкзак баллончик, решив зайти в госпиталь за новым.
— Вик, пойду пройдусь, — заглянул я в диспетчерскую, показав на браслет.
— Хорошо, капитан.
На улице мело. Экраны не всегда спасали от песка и пыли. Я накинул капюшон и надел маску. До госпиталя Доблести недалеко, но я хотел попасть в больницу Возмездия — там неплохие ингаляторы, в Доблесть завозили более дешёвые, мне они не нравились. Баллончика из Возмездия мне хватало на большее время. Я же обещал отцу поменьше их использовать. Он не знает таких тонкостей, и мне ему врать не придётся — баллончика будет хватать подольше.
До стен секции Возмездия я добрался, когда было совсем темно. Пока я шел, сложилось ощущение, что за мной следят. Я не стал проверять эту догадку. Следить за мной мог только Мир и его парни, а их я не боялся точно.
В секции уже было тихо. По знакомым коридорам я дошел до госпиталя. На посту молоденькая медсестра, кажется её зовут Вика.
— Привет, Захар, — она меня знала, как и большинство здесь живущих.
— Привет, — я улыбнулся самой милой улыбкой, на какую только был способен.
— Тебе что-то надо?
— Да нет, заходил к отцу, а тут вспомнил, что ингалятор давно закончился. Может откроешь аптеку, продашь пару баллонов, боюсь снова забуду.
На самом деле аптека работала круглосуточно, и Вика должна была продать мне лекарство, но я предпочёл быть максимально вежливым.
Девушка быстрым шагом скрылась в аптечном помещении.
— Держи, — вернувшись, она протянула мне ингаляторы.
— Спасибо, — я растянул губы в широченной улыбке и отдал ей деньги.
Теперь надо подняться к отцу. Папа работает допоздна, поэтому я отправился в его кабинет. Приоткрыв тяжёлую дверь, я увидел отца, сидящего спиной к окну. Он о чём-то задумался, морщинки образовали складку между бровей. Иногда я был рад, что похож на него: рыжие волосы, прямой нос, голубые глаза — даже сейчас, несмотря на возраст, мой отец был очень красив.
— Привет, пап.
Отец удивлённо поднял глаза.
— Привет, Захар. Как ты сюда попал? Я слышал, тебе сейчас очень некогда.