Поэтому, просто убежать — не вариант.
Придется кончать со всеми. Ну, хотя бы, попробовать это сделать и если не получится, тогда уже бежать.
Меня разбудили очень рано, ведь мерзнуть господам давно надоело, едва светило первыми лучами окрасило горы и стало можно передвигаться, без опасения сломать ногу.
Баронет перестал сдерживать свой пустой язык, барон, тоже, видно, держался из последних сил на надежде, что я сейчас найду им прямо фонтан магической энергии. Служивый помалкивал, но шел за мной, дыша в спину.
Осмотревшись вокруг, я уверенно предложил идти вправо, где скальная гряда немного поднималась над лесом.
— В таком точно месте, я нашел источники силы в Черноземье, а там про них никто и не знал, — похвастался я, стараясь разжечь в спутниках надежду и дать себе время на подготовку побега, с максимальными шансами на успех.
— За такой вот скалой, был разлом в горе и там вырывался на поверхность мощный магический поток, — рассказывал я своим конвоирам красивую историю.
И мы пошли, за полтора часа добрались до подножия скалы и там нам пришлось разделиться. То, есть, мне удалось уединиться на полминуты от выдохшихся спутников.
Я, как единственный, кто мог почувствовать магическую энергию на приличном расстоянии, как я сам похвастал спутникам, подъем начал первым и за минуту, пока народ пытался отдышаться после тяжелого склона и не обращал на меня внимания, оторвался на хорошее расстояние, метров на десять по высоте, прежде, чем услышал властное:
— Ольг, спустись вниз! — крикнул мой номинальный хозяин, сурово глядя, как я залез на выделяющуюся своими размерами скалу, и, посмотрев вокруг, остался стоять на краю.
— Хочу попрощаться с вами, хозяин, барон-дурак Гельд, и с тобой, придурок, баронет Пельш, — такими словами я, конечно, очень заинтриговал дворян. И вызвал немедленное желание изловить меня и задать хорошую трепку.
Вот я и показал свое неблагородное рыло, так коварно обманув хозяина, так, если мягко перевести, высказался баронет и, выхватив меч из ножен, полез за мной следом. За ним барон отправил и охранника, сам пока оставаясь внизу и корректируя словами передвижение загонщиков, которые медленно поднимались с двух сторон, пытаясь каким-то образом окружить меня. На что они рассчитывают, я не понимаю.
У меня за спиной находился достаточно простой, пологий спуск, по которому я мог спуститься на гряду с каменными осыпями и легко скрыться, то есть, просто убежать от своих врагов.
Но, глядя, как они смело и безрассудно лезут по почти отвесной скале, держа в одной руке оружие, баронет — меч, охранник — топор, я понял, что от них проблем можно пока не ждать.
Надо попробовать вывести из строя барона. Поэтому, я сделал вид, что побежал дальше, издевательски попрощавшись со всеми сразу, спустился пониже, на другую сторону и подхватил два солидных булыжника, ждавших здесь последнюю сотню лет, чтобы сыграть свою роль в трагедии, разыгрывающейся у подножья скалы.
Пробравшись немного в сторону, так, чтобы лучи Ариала били мне в спину, я высунулся из-за камня, увидел, что барон торопит погоню быстрее забраться на скалу и привести меня к нему, причем, он стоит ко мне почти спиной. Понял, что такой шанс упускать нельзя и скинул, прицелившись, сначала один камень, потом, через секунду — второй.
Глава 8 РАСПРАВА
Первый камень, перевернувшись несколько раз вокруг оси — ударил барона по шее и верхней части спины, тот сразу упал под весом камня и как-то распластался на земле, было видно, что, может, еще и жив, но обездвижен совсем.
Второй камень пролетел там, где только что была голова барона, и ударился с грохотом о другой камень под скалой.
На этот грохот обратили внимание и лазутчики, охранник лез с другой стороны и не мог видеть, что случилось под скалой, зато баронет, видимо, рассмотрев тело барона, завыл нечеловеческим голосом и припустил карабкаться еще быстрее.
Когда я вбежал на верхушку скалы, он висел уже в метре от места, где мог встать на ноги и торопливо перебирал руками и ногами, торопясь занять устойчивое положение и нашинковать меня мечом. Я метнул в него попавшийся под руку булыжник, но баронет ловко уклонился и махнул мечом, отгоняя меня от себя. Теперь уже мне некуда отступать, бежать тоже казалось бессмысленно, Пельш мог легко метнуть меч мне вслед и, уверен, не промахнулся бы.