— Вам, что, отдельное приглашение требуется? Зашли в сарай и молча сели!
Деморализованные быстрым крушением планов и тем, что их подельник и, похоже, сын одного из них оказались заложниками свирепого чужака, двое мужиков не стали убегать или звать на помощь. Безропотно вошли в ворота и присели на утоптанный земляной пол.
Всем своим видом показывая, что теперь точно сдаются могучему и бдительному чужаку.
Я прикрыл ворота, в сарае с тремя лошадьми, так и стоящими не разгруженными, и еще пятерыми людьми стало тесно. Все трое с ужасом смотрят на привязанного приятеля. Еще не до конца пришедшего в себя, но уже бессильно сидящего на утоптанной земле сарая, выставив вперед ноги и прихваченного тонкой веревкой за шею к столбу.
Я задумался, как мне теперь, когда активное сопротивление подавлено и враг серьезно деморализован. Ведь желательно добиться того, чтобы за мной не оказалось погони несколько ближайших часов.
— Ну, что? Вы хотели убить и ограбить меня, теперь я могу получить с вас виру смертью с каждого. Оставлю валяться в сарае, пока вас не найдут, сам еще заберу лошадей, — напустил ужасу я сразу на всех.
Мужики пока молчат, уже делая покаянные лица.
— Эй, быстро разгрузили лошадей! — скомандовал я взрослым мужикам и, видя, что они не торопятся выполнять команду, приставил копье к шее паренька.
— Теперь понятнее? — спросил с угрозой у предполагаемого отца, тогда подельники перестали спорить и сняли мешки, разгрузив лошадей.
— Что в мешках? Быстро отвечать! — я не убрал лезвие от шеи паренька и получил быстрый ответ.
— Голубая глина.
— И все? — удивился я. — Зачем она нужна?
Нехотя мужики рассказали, что в графстве есть большие залежи этой глины, из нее делают посуду, краску для ткани и еще много чего. Тащат тайком через границу именно потому, что местный граф запрещает ее вывозить. Требует только на своей территории работать с глиной, производить посуду и те же краски, грозя суровым наказанием за любую контрабанду. Поэтому такой подпольный бизнес развился и работает вполне прибыльно.
— Так если королевские гвардейцы вас встретят, вам ничего особо не будет? — поинтересовался я у бровастого мужика. — Вы же ничего из законов королевства не нарушаете?
— По шее могут дать за то, конечно, что через границу самовольно лазим, а так — да, особо ничего. Но это когда большого начальства рядом нет, при нем могут и лошадей забрать, и на рудник отправить, бывали такие случаи, — видя, что разговор идет и напряжение в атмосфере сарая спадает, уже словоохотливо рассказывает бровастый.
— Наш-то барон только поощряет такое дело, народ работает, налоги платит кое-какие и поэтому всем от наших хлопот хорошо.
Понятная схема, так что контрабандисты на самом деле для королевства — никакие не нарушители закона. А, совсем наоборот, создают рабочие места и платят какие-никакие налоги в казну местного дворянина. Поэтому с такой неохотой они вернулись обратно, только по дороге решив однозначно заработать на том, что снимут с моего тела.
«Так, мне требуется забрать с собой одного проводника, на данное дело только двое местных подходят и лучше взять молодого паренька. Умудренный опытом отец вряд ли побежит подставлять сына тем, что поднимет пограничную стражу и увидит мертвое тело сына в конце погони. Мне рассчитаться за предательство — много времени не потребуется, один удар и все, нет у мужика уже взрослого наследника и кормильца в старости», — решаю я.
Сын то по молодости своей может всякую глупость совершить, если я его отца заберу с собой. Но желательно еще как-то остающихся мужиков задержать здесь, уже на более продолжительное время.
Сейчас середина дня, если отец с сыном не появятся к вечеру, их начнут искать. Быстро найдут, тем более узники сарая и сами будут орать изо всех сил, привлекая к себе внимание.
Я скомандовал мужикам вязать руки один другому. Сам взялся за паренька и связал ему руки спереди, чтобы он мог нормально передвигаться и не падал постоянно.
— Парня я забираю в проводники! Пусть отрабатывает мое убийство! Чтобы ты, папаша, сильно не переживал, выдам сейчас тебе один золотой, еще пару отдам, когда отпущу парня домой, — я достал из кошеля местный золотой и один бросил отцу, стоящему с еще свободными руками.
Мужик поймал монету на лету и тут же спрятал в кошеле на поясе. Иначе они будут переживать, что я собираюсь убить парня. Но раз уже здесь оставил задаток отцу, может про погоню тогда думать не станут особо. Все же не убийца какой матерый оказался, раз плачу за проводку по лесу.
— Лошадей оставляю вам со всем товаром, а теперь твоя очередь подставлять руки, — последним я связал его, хорошо закрутив руки за спиной, но сильно не пережимая сосуды.