Правда и вредная привычка тоже найдется, которую в условиях этого мира никак не удовлетворить, когда закончатся табачные изделия в единственной пачке. Но зато можно собрать хворосту и разжечь костер, чтобы пожарить добытых в соседнем ручье острым прутиком рыб. Или сбитую метким броскам птицу, обычно что-то типа нашего глухаря.
И этот момент конкретно повышает их шансы на выживание, ибо с факелом в руке можно и волка с медведем отогнать. А можно и не отогнать, и тогда читать дальше будет уже не о чем.
Сидя высоко на дереве, конечно, для своей личной сохранности.
Если в настоящем эпически-героическом фэнтези для крутых пацанов — то и целого дракона шугануть!
— Делать больше нечего, жрать уже охота, поэтому приходится сразу отправляться на поиски роялей в кустах или местных жителей, а значит — веселых приключений с мордобоем и нагибаторством. Ибо сколько не сиди в кустах — ничего толкового не высидишь, разве только у местной птицы яйца спионеришь.
Иногда такому попаданцу конкретно везет, и с ним вместе переносится танк с боекомплектом или БМП на самый худой случай. Один герой попал в средневековье на стареньких жигулях, набитых ящиками с патронами и всякими стволами, причем и пользоваться умел всем этим добром. Шороху он быстро навел в округе, стал местным Робин Гудом и владетельным сеньором, хозяином замков.
Мне повезло не так, конечно, даже нет ни одного пулемета, но весь необходимый набор для выживания имеется. И даже больше: есть и какая-то нормальная еда, и даже дрова в количестве одного полена.
— Ну это нужно было так здорово постараться, чтобы вместе с ним сюда попасть!
— Можно себе помощника выстругать, как Папа Карло, будет хоть с кем поговорить на своем родном языке. Если это такое волшебное место, что здесь игрушки оживают? Шучу, конечно, что еще делать остается?
Чистая вода в неограниченном количестве и мебель с постоянным подогревом зато сразу на месте присутствуют. Можно поспать, жажда и ревматизм от сна на холодных камнях не грозят от слова «совсем», кровать с мощным подогревом каменной простыни очень облегчает новую жизнь.
В общем порадовался я за свое попаданство и выключил фонарик на голове, только сейчас заметив, что вокруг стало заметно светлее.
Я вижу все стены и даже, пусть и довольно смутно, сам источник.
Свет наверху стал определенно сильнее, и я подумал, что там, наверно, новый день начинается. Солнце поднялось на небосклоне, теперь лучше освещает Храм внутри.
— Или это уже не Солнце поднялось?
Очень захотелось поесть и поспать, но приходится держать свои желания в узде. Лучше постараться понять, куда я попал, чем мне это место грозит. Ничего похожего на выход или дверь я не вижу. Может, местные и научились летать, но путь через верх выглядит слишком непростым для повседневного использования.
Значит, есть какая-то хитрость в самом Храме, или выход просто хорошо замаскирован.
Я снова включил фонарик и начал медленно исследовать пол и стены, стараясь смотреть на них под небольшим углом. Поступаю точно так же, как раньше осматривал машины для поиска крашеных элементов, выискивая по-другому положенную краску, неровности, пылинки в лаке или что-то похожее.
Уж очень продвинуто выглядят и Стол, и Стул, и то, как сделан сам источник, и даже сами колонны. Стены и пол так же непостижимо идеально отполированы, ни одной заметной царапины или шероховатости на них не просматривается.
Ножки Стола, я внимательно их рассмотрел, не просто стоят на полу, а как бы вырастают из него и так же безупречно входят в основание столешницы. Есть ощущение, что весь каменный Храм как-то выплавлен из камня, а не вырезан и отполирован.
По земным меркам затраты труда просто потрясающие — такое место оказалось бы среди семи чудес света. И точно первым из них — сюда стояла бы гигантская очередь из туристов. А здесь пыль лежит вековая и тишина грохочет в ушах.
Учитывая, как я сюда попал, один только туманный саркофаг с мигающими значками — явно неземная вещь, что уж говорить про сам Храм и его чудеса.
«Наверняка, — подумал я, — и на Земле может найтись что-то такое, совсем секретное».
Но находилось бы оно точно не на берегу пустынной реки, а в каких-нибудь совершенно закрытых для посторонних граждан лабораториях. Раз оно там стоит, значит про него никто не знает.
— Ладно, теорией будем потом заниматься, впереди пока жизненная практика, и она дает первые плоды, — говорю я себе.
В свете фонаря показались первые результаты пристального осмотра. Справа от Стола на стыке стены и пола я обнаружил щель шириной в пару миллиметров и метра полтора в длину. Вскоре я нашел вертикальные щели, идущие снизу-вверх, где-то на два метра по высоте, и там же проступает еще одна едва видимая горизонтальная щель.