Долго держать корзину вместе с дротиком очень неудобно, и я пристегнул ее к рюкзаку. Так добрался до ближней рощицы и осторожно обошел ее по периметру, не увидев ничего интересного. Только травы стало побольше, и она выросла повыше.
Спуск я продолжаю, внимательно смотря себе под ноги и постоянно озираясь по сторонам. Так внезапно увидел вереницу баранов, быстро прыгающих мне навстречу. Заметив меня, они повернули в другую сторону, потом вернулись на прежний курс и проскакали метрах в пятидесяти справа, не особо обращая внимание на мою застывшую в удивлении фигуру.
— Они здорово испуганы! — пришла в мою голову неожиданная мысль.
Не знаю, как я понял это, но образ оказался вполне реалистичный. Как-то я почувствовал их откровенный страх, хотя меньше баранов не стало, это значит, что никто на них еще не напал. А если и напал, то явно остался без добычи.
— Кто же спугнул вас? — задумался я. — Хорошо бы, чтобы люди.
С удвоенной осторожностью я продолжаю приближаться к уже солидно выглядящей по размерам роще, правда совсем высоких деревьев там еще не оказалось. Скинул корзину, держа наготове дротик и дубинку медленно вошел в рощу, потом прислушался. Тишина, только ветерок задувает настойчиво сверху.
Внизу, где-то на расстоянии полутора километров и ниже меня метров на триста, лежит уже настоящий хвойный лес, перемежаемый частыми опушками.
Подумав, я решил остаться на ночлег здесь. Светило уже начало спуск к линии горизонта и через час-два наступит вечер. Нужно найти укромное место для ночлега, а вот сильно торопиться куда-то мне явно не стоит.
Гулять по темноте там, где кто-то пугает огромного самца барана, причем серьезно пугает?
Да ну его нафиг!
Впрочем, испугать этих травоядных не так и сложно, как мне кажется, какой-нибудь зайчонка зашебуршится в кустах и все, приступ паники стаду обеспечен.
Тем более я заметил перспективный хлыст для рогатины, упругое и крепкое молодое деревце, почти правильно раздваивающееся наверху. Воды только немного осталось, на ночь хватит с трудом. Завтра с утра придется первым делом найти воду, кровь из носу, но найти.
Впрочем, судя по всему, водопой здесь есть недалеко, где-то там, куда бараны поскакали и откуда так быстро вернулись.
Я не стал пока шуметь топором, ножом нарезал веток, сложил небольшой шалаш, набросал их на землю для подстилки и выкопал топориком солидную яму под костер.
Ветерок все сильнее задувает снизу к вершине горы, нагревшийся за день воздух поднимается наверх, можно теперь не бояться, что кто-то учует запах костра. Еще набрал побольше прошлогоднего валежника.
Позже мое внимание привлекли заросли похожего на ивняк кустарника, высотой в два-три метра. Местами густо сросшиеся и практически без свободного места, они дают относительно безопасное размещение в своем центре. Добраться до меня с коварными целями, не нашумев серьезно, теперь окажется практически невозможно, на большую защиту мне рассчитывать пока и не стоит. Правда, если уже не стесняться и пошуметь активно, тогда уже не очень большая проблема быстро долезть до меня.
Однако я уже окажусь предупрежден о вторжении и с дубиной в руке могу оказывать очень серьезное сопротивление агрессорам. И даже тыкать их дротиком совсем беспощадно.
Я разобрал шалаш и собрал его снова в самой чаще, проделав себе небольшой проход, набросал много веток на землю и сделал себе целое ложе.
Пока я вожусь с хозяйственными делами, неотвратимо наступил вечер. Костерок почти не дает света, тлея потихоньку в яме. Срубил, как можно тише стуча, топориком деревце под рогатину, уселся у костра, принялся подрезать и обжигать крепкую древесину.
Теперь у меня такие довольно примитивные занятия вместо тыкания смартфона и новостей в сети — просто готовить себе оружие для защиты и нападения. Как нормальный неандерталец или кроманьонец в своей пещере готовлюсь к охоте на мамонта. Ну, или на саблезубых тигров.
— Такой радости мне только не хватает, — невесело усмехаюсь про себя.
А что еще делать? Других вариантов времяпровождения просто нет, теперь пока только такие радости бытия.
За этим занятием совсем стемнело, за день я хорошо находился по каменистым склонам, меня начало клонить в сон.
Только перед тем, как улечься спать, я вышел на край рощи и долго молча смотрю на небо.
На чистое и звездное небо без знакомых созвездий, без инверсионных следов от самолетов, еще вглядываюсь вниз в поисках костра или светового зарева над городом. Но нет, ничего подобного не наблюдается, никакого такого свечения.