Затем она снова подплывает ко мне, на этот раз медленнее, и хватает за руку. Она тянет меня вверх и берет за плавник, двигая его взад и вперед. Она пристально смотрит на меня и следит за мной. Но я не понимаю этого страха. Почему же она боится меня? Я заглядываю ей в глаза и вижу ее мысли. Надежда за страхом. Она боится меня, потому что я старше. Она была одна так долго, и боится расстроить меня. Боится, что я могу возненавидеть ее, обидеть или игнорировать, как и все остальные. Она боится меня так же, как и я ее.
Она отпускает мой плавник, а я продолжаю двигать им самостоятельно. Она удовлетворенно кивает и осторожно касается моих бедер. Когда она бьет хвостом, ее бедра двигаются, я повторяю движения. Она научила меня плавать.
Вскоре я уже могу легко менять направление и плавать кругами.
Я пытаюсь обнять ее, но она уклоняется и в конце концов прыгает обратно в свой резервуар. Похоже, что она хочет побыть одна.
Я плаваю, погруженная в свои мысли. Тихий стук возвращает мое внимание к реальности. Дженни стоит по другую сторону стекла. Она указывает на лестницу, которая ведет к стойке с видом на оба резервуара, а затем указывает на поверхность. Дженни, наверное, думает, что я ее не слышу. Я киваю и направляюсь к стенду. Она встречает меня наверху.
- А ты неплохо выглядишь, - замечает она. – Как приспосабливаешься? - я прикусываю губу и не отвечаю. - Все в порядке, здесь больше никого нет. Хочешь есть?
- Умираю с голоду, - соглашаюсь я. - А что у нас на ужин?
- Ты любишь суши?
- Не очень, - говорю я.
- Я просто следую протоколу. Они посадили тебя на особую диету из морепродуктов, - говорит она, вытаскивая мойву из жестяного ведерка.
Я с отвращением смотрю на рыбу. Чешуя и все остальное, эта рыба выглядит мерзко. Но желудок жалобно урчит. Я не ела почти четыре дня, а внутривенные добавки не утоляют голод. Она бросает мне рыбу.
- Ты можешь взять водоросли, если хочешь. - она вытаскивает несколько длинных темно-зеленых завитков и протягивает мне. Я нерешительно хватаю их. Затем я беру рыбу.
- Как мне это есть? Она же сырая.
- Послушай, если ты хочешь отказаться от рыбы сегодня вечером, пусть. Но это делает водоросли твоим обедом. Подумай хорошенько. Вас кормят только один раз в день вечером. В любом случае, нужно будет научиться любить рыбу, тебе нужно питательные вещества.
Я вздыхаю и неохотно откусываю кусочек рыбы. Чешуя хрустит, мякоть немного липкая, но на вкус она не так плоха, как я думала. Я откусываю еще кусочек, голод заставляет меня проглотить его. Через несколько секунд мои клыки сгрызали мясо с чистых рыбьих костей. Все, что осталось - это голова и хвост. Я бросаю ее в ведро, Дженни бросает мне ещё рыбешку. Я съедаю ее так же быстро, как и первую, и заедаю водорослями. Слизистое растение имеет соленый вкус, довольно приятный. Дженни предлагает мне последнюю рыбу.
Лестница слегка дрожит, когда поднимается доктор Патон. Он заглядывает в ведро с остатками рыбьих костей.
- Тебе это нужно? – спрашивает он.
Дженни качает головой.
- Нет, а что?
Доктор Патон усмехается.
- Отлично. Похоже, ты все-таки можешь поужинать, глупая рыба, - кричит он. - Ты можешь поблагодарить Дженни за то, что она так добра и поделилась с нами. - он хватает рыбьи кости, и бросает их в другой аквариум.
- Сэр, неужели это все, чем вы собираетесь ее кормить? - восклицает Дженни.
- Она наказана, - говорит мужчина, пожимая плечами. – Я и кости не должен давать.
Я свирепо смотрю на него, провожая взглядом, как он спускается по лестнице, а затем уходит. Дженни качает головой и вздыхает.
- Бедная девочка. Я прослежу, чтобы ее как следует, накормили, когда вас обоих переведут в новый резервуар. Тогда вы обе станете моими подопечными. Постарайся экономить, ладно? Чтобы её что-то оставалось.
Я киваю.
- Не волнуйся, я так и сделаю.
Дженни кивает, затем спускается по лестнице и тоже уходит, выключая свет.
Я понимаю, что могу видеть в темноте. Я смотрю на молодую русалку, которая кромсает рыбьи кости. У нее торчат ребра, и она болезненно худая. Я понимаю, что это не первый раз, когда ей почти ничего не дают. Вопрос в том, сколько времени прошло с тех пор, как она нормально ела? Не раздумывая ни секунды, я бросаю последнюю рыбу в её аквариум. Это все, что я могу сделать. Я сворачиваюсь калачиком на дне аквариума и наблюдаю за ней, прежде чем задремать.
Через некоторое время я вздрагиваю и просыпаюсь. Явно очень поздно, и тихо. Что меня разбудило? Мой взгляд падает на девушку в другом аквариуме. Она забилась в угол и свернулась в очень тугой клубок. Все ее тело дрожит. Я начинаю беспокоиться, что у нее припадок или что-то в этом роде. Я спешу на поверхность и прыгаю так высоко, как только могу. Мне удалось перепрыгнуть. Как только я попадаю в воду, я обнаруживаю источник проблемы. Вода ледяная, гораздо холоднее, чем в моем аквариуме. Этот ублюдок, должно быть, понизил температуру.