- Как далеко я зашла? Тот ученый сказал, что это займет шестьдесят часов. Сколько уже прошло?
- Почти тридцать четыре часа. - отвечает Дженни. - Меня предупредили, что с минуты на минуту начнутся более радикальные перемены.
- Что? - спрашиваю я.
Ученый сказал, что хвост это последнее, и что у меня сначала вырастут чешуйки на груди и жабры.
- Жабры. - говорит Дженни. - Хотя обычно они не открываются, но сканирование мозговой активности обнаружило дискомфорт. На самом деле, жабры — это первое изменение, которое проявится как дискомфорт, и единственное, что понесет настоящую боль, это хвост, но это не будет слишком больно.
- Надеюсь, что нет. - шепчу я. Я позволила голове упасть назад, и посмотрела на потолок. - Можешь называть меня ребенком, но мне так скучно. Я ничего не могу сделать, кроме как лежать здесь и слушать гудки этих машин, когда тебя нет рядом, и говорить с тобой о вещах, о которых я хочу забыть. И спать, я могу спать, но мне нужна помощь, чтобы сесть и лечь самостоятельно.
Дженни кивает.
- Я попрошу принести сюда колоду карт или что-нибудь еще завтра и оставлю их у тебя, чтобы ты могла хотя бы разложить пасьянс.
Я поднимаю бровь и слегка машу руками.
- Я ценю это предложение, но как я смогу играть?
- Может тебя отпустят ненадолго или, по крайней мере, свяжут веревками, чтобы они были длиннее и давали тебе немного свободы действий руками. - объясняет Дженни.
На ее часах зазвенел маленький таймер, и она взглянула на него.
- Что это значит? - спрашиваю я.
- У меня обеденный перерыв. Я пообещала сыну, что отвезу его к другу домой, когда у меня будет перерыв. Побудешь пока одна?
Я киваю.
- Попробую вздремнуть. – говорю я.
- Умница. – сказала Дженни и погладила меня по голове.
Дженни поправляет мне ремни, чтобы я могла лечь, прощается и оставляет меня одну в комнате. С пищащими машинами. Писк. Раз, два, три. Писк. Я тяжело вздыхаю. Полнейшая безысходность.
ГЛАВА 3: ИЗМЕНЕНИЯ. ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Вскоре после того, как Дженни уходит, я начинаю чувствовать дискомфорт, о котором она говорила. Все начинается с зуда. Я изо всех сил ворачаюсь, но не могу почесать шею. Затем падаю на кровать, и пытаюсь игнорировать зуд в надежде, что он исчезнет. Но все ухудшается, а потом начинает жечь. Я вздрагиваю. В то время как моя шея продолжает пульсировать, в груди появляется жжение. Поначалу это просто мелочь. Какая-то теснота.
Однако все снова быстро меняется. Я не могу удержаться от крика. Жжение нарастает, языки пламени лижут мне горло. Я кашляю. Не помогает и то, что в этот момент раздается громкий писк и шипение, сигнализирующие о возвращении газа. Я чувствую, как он дребезжит в носовых трубках, а потом снова не могу дышать. Газу требуется тридцать секунд, чтобы утихнуть. Жжение усиливается. У меня вырывается стон, и я готова на все ради стакана воды.
На лбу выступили капельки пота, и стало трудно дышать. Я крепко вцепилась в перила кровати, зажмуриваю глаза и пытаюсь переждать. Это, должно быть, "дискомфорт" от образования моих жабр. Если это дискомфорт, то я боюсь за хвост.
Я все еще корчусь от боли, когда Дженни возвращается, и к этому моменту я задыхаюсь. Я чувствую себя рыбой, вытащенной из воды.
- Мне кажется, что каждый раз, когда я оставляю тебя одну, тебе становиться все хуже. - вздыхает Дженни. - В чем дело?
- Воды. - хриплю я. - Пожалуйста.
- Я не могу дать тебе воды, солнышко, тебе нельзя ничего принимать, пока все это не закончится. Что болит?
- Мое горло и грудь. Трудно дышать.
- Ладно, подожди. - говорит Дженни.
Она спешит к раковине и наполняет стакан водой. Я смотрю, как она несет его. Затем прижимает прохладное стекло к моей шее. Смачивая пальцы, она втирает жидкость мне в горло. Это приятно ощущается, но не помогает снять боль. Слезы катятся по моим щекам, когда я думаю , как долго это продлится. Дверь, хлопнувшая о стену, заставляет меня подпрыгнуть. Знакомый парень возвращается и роняет что-то на стул. Оно падает с глухим стуком. Это похоже на короткий, прозрачный, наполненный водой спасательный жилет.
- Мне сказали принести это, когда начнут появляться жабры. - говорит парень Дженни. - По-видимому, это должно помочь шокировать легкие в расширении, чтобы облегчить дыхание.
- И давно она в таком состоянии?
Парень пожимает плечами.
- Сорок пять минут? Примерно.
- И вы только сейчас об этом заговорили. - возмущается Дженни. - Вы не могли ей помочь раньше?
- Эй, нянчиться с рыбой это твоя работа, я просто должен следить за мониторами и сообщать о любых изменениях. – он засовывает руки в карманы и уходит.
На подбородке Дженни вздулся мускул, показывая ее недовольство.