Я не знаю, что у меня там сработало в голове, но я открыла рот и начала изо всех сил орать на одной ноте. Орала я не от боли или жалости по волосам, просто, наверное, у меня и в самом деле что-то случилось с головой.
Монстр в ответ зарычал, приказывая мне заткнуться, но я продолжала вопить. Даже удар, обрушившийся на меня, не заставил замолчать.
Комната стала заполняться вампирами, во главе которых была Ленора.
- Отойди от нее! - приказала она. - Я предупреждала, если она свихнется, то уйдет отсюда. Надеюсь, никто не сомневается, что она сумасшедшая? - обратилась она к окружающим.
Те, соглашаясь, закивали.
И тут в комнату влетел Олег, он охватил все взглядом: меня, орущую как оглашенная, с головой покрытой редкими огрызками волос, монстра с кинжалом в руке, злую Ленору и с десяток других вампиров.
Вампирша повернулась к нему:
- Ты... а, не важно... даю тебе пару дней, чтобы убрать ее отсюда, - Олег открыл рот, пытаясь что-то сказать, - и никаких возражений! Пошли.
Она удалилась, за ней потянулись и остальные вампиры.
- Зачем? - устало спросил Олег. - Объясни мне, зачем? - повторил он, повышая голос. - Чего ты добился? Мы не сможем больше держать ее здесь, а если ее выкинуть на улицу, она не доживет до утра. И что тогда ты будешь делать? Как по-твоему, сколько нефилимов на земле?
- Кого?! - монстр был потрясен.
- Нефилимов!
- Она дочь ангела?!
- Вижу, ты слышал о них?
- Да, - мрачно сказал монстр. - А ты уверен?
- Все совпадает. Ее жизнь сплошные беды, лечебная сила ее слез проявляется только от жалости, а точнее сострадания. И ты видел ее глаза?
- А что с ними?
- Они начали менять цвет, если раньше они были черными, как... как грех. То теперь в них есть аметистовые вкрапления, и с каждым твоим фортелем их все больше. Я не даром, сравнил их черноту с грехом. Она искупает грех отца, его падение, и чем страшнее испытания, тем ближе она к небесам и в прямом и в переносном смысле. Если бы она продолжала жить как жила, вся ее долгая жизнь была бы, конечно, поганой, безрадостной. Но то, что ты ей устроил, уверен, сделает из нее великомученицу.
- Мне нужны ее слезы! На остальное плевать, будь она хоть мессией!
- Ты сделал свой выбор, Тео. Я и так превратился в горничную, ухаживая за ней. По-твоему это так приятно убирать за лежачей больной? Да еще и при нашем обонянии? Я делал это только ради тебя. Не мог же я притащить сюда человеческую сиделку, ее бы сожрали раньше, чем она хоть что-то сделала для девушки.
- Олег... я как-то не подумал об этом...
- Последнее время ты вообще не думал. Словно вдруг по какой-то причине тебе начисто отшибло мозги.
- И что теперь? - пробурчал монстр.
- А что теперь? Думаешь, я знаю? Я хоть и вампир и жалости у меня в крови днем с огнем не сыщешь, но вот именно ее мне жалко. Не потому что она какая-то необыкновенная, а просто потому, что я считаю, если хочешь убить - убей, а издеваться... Это только заклятые враги заслуживают пыток. Ты же убивал свою надежду. Уходи. Оставь мне грязную работу, на что еще нужны дру... слуги, - вздохнул Олег.
Монстр посмотрел на меня, и впервые в его глазах не было ярости и ненависти, а что-то другое, совершенно для меня непонятное.
- Сделай так, чтобы она не мучилась, - пробормотал он и вышел вон.
Я сегодня умру? Это меня хоть сколько-нибудь волнует? Мне все равно.
Олег глядел на меня, но, судя по глазам, не видел, погруженный в какие-то размышления. Потом, сдернув с кровати покрывало, уложил меня на него, замотав так, что я не могла ни шевельнуться, ни увидеть хоть чего-то.
- Потерпи, скоро, - шепнул он и, взяв меня на руки, куда-то понес.
То, что я в машине, и мы куда-то едем, я поняла по тряской дороге, каждый ухаб которой отзывался в моем теле новой вспышкой боли, пока грань возможного терпения не была преодолена, и я не провалилась в беспамятство.
Я пришла в себя от того, что мне было непередаваемо хорошо. Теплая вода плескалась у самой шеи, и хоть раны нещадно щипало от мыла, я была счастлива. Кто-то осторожно водил мочалкой по моему телу, и каждое это касание словно снимало корку грязи не только с кожи, но и с моей души.
- Олег, а может вообще сбрить с ее головы то, что там осталось. Лучше лысой, чем так-то, - раздался обеспокоенный женский голос.
- Да, пожалуй.
- Придется сменить воду, эта слишком грязная и вонючая.
- А может для первого раза сойдет?
- Нет, давай уж раз ты здесь, поможешь, она хоть кожа да кости, но все же не маленькая.
Олег фыркнул:
- Да она совсем кроха.
- Это для тебя. А я с ней одного роста.