Женщина протянула к девочке покрасневшие опухшие руки.
- Ты думаешь, кто-то позарится на это? Твой отец был живодером. Он любил убивать зазевавшихся собак и пить. Помнишь шрам у тебя на затылке? Это не благородная отметина, это след от удара. Ты неделю пролежала еле живая, и все потому, что ему показалось, ты посмотрела на него как-то не так...
...Женщина лежит на полу, жуткие спазмы выворачивают ее в кровавой рвоте.
- За что? - еле слышно хрипит она.
Девочка на минуту отрывается от любования горсткой медяков извлеченных из сундучка с вещами.
- За что? Ты мне просто надоела, - равнодушно бросает она.
- Господь все видит, - шепчет женщина.
- Вот и пусть полюбуется на тебя, - девочка садится за стол, и ест, спокойно наблюдая за агонией умирающей...
...девочка лет двенадцати, грязная настолько, что на лице видны только белки глаз, волосы сбились в колтун, склонилась над лежащим мужчиной, он пьян, но судя по одежде не нищий. Она обшаривает его карманы и зло шипит - добыча не оправдала ожиданий. Сверкнул нож, кровь заливает землю, рывками выплескиваясь из перерезанного горла. Глаза девочки блестят, она облизывает губы, смакую зрелище, и только отдаленный шум заставляет ее оторваться от вожделенной картины...
...Та же девочка дергает за рукав околоточного.
- Дяденька, там человека убили, - протягивает ему окровавленный нож, - вот убивец бросил...
... - Это он, - девочка уверенно показывает на нищего, шарахнувшегося от окровавленного трупа.
Она, пряча злую ухмылку, жует кусок хлеба, полученный от околоточного, пока упирающегося и вопящего, что он невиновен, нищего волокут прочь...
...Молоденькая девушка придавлена к замызганной койке тяжелым, потным мужским телом.
- Как тебя кличут? - спрашивает грубый голос.
- Зови как хошь, только заплати побольше, - голос девушки льстив, но в нем слышна алчность и желание быстрее покончить с этим.
- У моего хозяина есть милашка из благородных, такая краля, - мужчина мечтательно вздохнул. - Элеонора. Конечно, ты ей не чета, но если закрыть глаза, то и ты сойдешь.
- Ленора? - переспрашивает девушка, словно пробуя имя на вкус.
- Пусть будет Ленора, все равно ты до нее не дотянешь, если тебя даже в щелоке месяц вымачивать, - мужчина, пыхтя, начинает двигаться, не прошло и минуты, он дернулся, кончая. Он встал, завязывая тесемки на штанах. Бросив ей медяк на обнаженный живот, морщится. - До чего же ты воняешь, помылась бы что ль?
- А че тогда полез на меня?
- Приспичит, и на козу залезешь. Надеюсь, ты меня ничем не наградила, - и, развернувшись, уходит...
... Худая, потрепанная женщина со смаком полосует ножом мужчину, она почти вся в крови, глаза горят безумным огнем. Она стонет как в экстазе. Чьи-то пальцы вцепляются в шею, боль, кружится голова.
- Ты мне нравишься, пожалуй, с тобой будет интересно, - сквозь пелену уплывающего сознания слышен бархатный мужской голос.
...Тело не желает двигаться из-за невероятной слабости, солоноватая, и такая знакомая на вкус влага капает в рот. Она в небольшой, но опрятной комнатушке. Мужчина, стоящий над ней, одет в роскошный камзол, драгоценности огоньками вспыхивают в неярком свете свечей. Он довольно ухмыляется:
- Я так и думал, что если тебя отмыть, ты окажешься красоткой. Еще подкормить, глядишь, на что и сгодишься.
- Зачем я тебе?
Мужчина открывает рот, демонстрируя длинные белоснежные клыки.
- Еда, постель... и еще, ты меня забавляешь.
- Ты - вурдалак? - женщина даже внутри спокойна.
- Фу, как по-плебейски. Я - вампир. И если ты окажешься мне полезна, возможно, и сама станешь такой.
- Я сделаю для этого все!..
...женщина сидит перед зеркалом, любуясь своим идеальным лицом и телом:
- Ну, сколько можно, - недовольный мужской голос отрывает ее от созерцания.
- Ты что-то хотел?
- Да, пора тебе отработать то, что я в тебя вложил, и стать благородной, хотя бы для людей. Ты знаешь Сокольского?
- Этого старого пердуна, который вечно бросает на меня сальные взгляды?
- Ты должна заставить его жениться на тебе.
- Нет, только не он! - вскочив, возмутилась Ленора.
- Вот не надо этого показного возмущения, я же знаю тебе все равно с кем спать. Хотя... может, ты желаешь вернуться обратно в канаву, откуда я тебя вытащил, и впадать в экстаз, проливая кровь, и облизывая испачканные в ней пальцы, в ожидании пока тебя не вздернут за твои фокусы?
- Он же долго не протянет.
- А мне этого не нужно. Только не вздумай его убить, на меня тогда не рассчитывай! Он должен умереть своей смертью, чтобы никто не подкопался. Хоть затрахай его до смерти. Но если он умрет сам, у тебя будет титул, и эти снобы, Высшие, не прикончат тебя после обращения.