В его голосе прозвучало предупреждение, не сулившее мне ничего хорошего, он развернулся и пошел в двери. Все те же набедренная повязка и бахилы. В освещенной свечами комнате было хорошо видно, что он довольно высок и костяк его фигуры говорил о том, что в бытность свою нормальным мужчиной, он, скорее всего, доходягой не был. Судить о его внешности или еще о чем я, конечно, не могла, да это и не важно. Но думаю, что кроме того, что он пережил в руках палачей, утрата привычного вида, что низвела его на уровень изгоя, достойного только жалости, а среди тех, у кого высокомерие текло в венах наравне с кровью, пожалуй, брезгливости и издевательств, причиняла ему большую боль, чем раны. Хотя в том коктейле отношений, что тут бурлил, разобраться, просто услышав пару случайных разговоров, было невозможно. Да и не настроена я была сейчас ломать над этим голову, трудно думать, когда тело болит, а голод и жажда туманят рассудок.
Олег тоже вышел. Я лежала, и чувствовала себя растением, в голове была абсолютная пустота, и если бы не боль, вряд ли я бы поверила, что еще жива. Дверь хлопнула, вернулся Олег. Он принес поднос, поставил его на стол и, подойдя, склонился ко мне:
- К сожалению, с едой у нас туго, только хлеб и тот не первой свежести, да обычная вода, но я попрошу привезти что-то из продуктов. Только я слишком давно не кормил девушек и не в курсе, что заказать...
Он подхватил меня под мышки и поднял с пола. Не уверена от чего мне стало хуже от того, что при этом закололи все места, которые я отлежала, от потревоженных ран, или от того, что до тошноты закружилась голова. Я застонала. Может, конечно, этот Олег и в своем роде заступался за меня, но ласковым со мной он быть не собирался, а уж извиняться тем более.
Он усадил меня на стул, пытаясь устроить так, чтобы я тут же не завалилась на бок.
- Тебе лучше приложить усилия и поесть и попить. Я, конечно, заступился за тебя, но не надейся, что теперь буду носиться с тобой. Хочешь выжить, держись! - резко сказал он.
- Пить, - просипела я.
Он придвинул кружку. Я попыталась трясущимися руками поднять ее, но пальцы отказывались шевелиться, а Олег не спешил помогать. Я склонилась к столу, сдерживая стон от боли в ребрах и спине, и постепенно придвинув негнущимися пальцами кружку ближе, припала губами к воде. Она была холодной, и мое горло с трудом пропускало ее. Я старалась не спешить, понимая, что если стану пить быстро, то просто захлебнусь, но и оторваться было выше моих сил. Но воздух в легких подошел к концу, и мне просто необходимо было отдышаться.
Олег наблюдал за мной, он подвинул в мою сторону тарелку, на которой лежала пара кусочков чуть подсохшего хлеба.
- Прямо как в карцере - хлеб и вода, - пробормотала я.
- Радуйся, хоть это есть, - ответил он.
- Чему? Тому, что протяну чуть дольше, чтобы вылечить монстра?
- Не называй так Тео, ты мизинца его не стоишь!
- Да куда мне до него. Он же у нас ангел небесный, само милосердие, - зло прошипела я.
- Ты же жива.
- Не его молитвами и тем более не моими.
Я отщипнула кусочек хлеба, он ободрал мне горло, с трудом протискиваясь туда. Пока жевала, я пыталась заставить шевелиться руки и ноги. Колотье в них постепенно сходило на нет, но с приливом крови, возвращалась и боль. Больше всего горела спина, ну это было и понятно, но еще почему-то ныло запястье. Я поднесла руку к глазам, на месте вчерашнего «укуса», кожа покраснела и воспалилась.
- Это из-за проклятия, - начал объяснять Олег, - раны Тео не восстанавливаются, как у других вампиров, его же слюна не закрывает раны, а вызывает раздражение.
- Проклятье? Я уже несколько раз о нем слышала.
- Для того чтобы понять о чем речь, нужно начать сначала.
- Сначала чего? - я положила в рот еще кусочек, начиная медленно жевать.
- Сначала истории Тео.
- Почему ты зовешь его Тео, когда я слышала, как Ленора именовала его Федькой?
Олег поморщился.
- В этом вся Ленора. И об этом расскажу, наберись терпения.
- А зачем мне его история?
- Есть у меня парочка идей по этому поводу.
Похоже выбора у меня не было, так почему бы не скоротать время, слушая его.
- Тео родился примерно в 1710 году, в небольшом поместье Центральной России, в крестьянской семье...
- Я думала, что все вампиры аристократы.
- Большинство, да. Их обращали из-за денег или власти. Жить долго может и не так плохо, но не в придорожной канаве, а в удобстве и роскоши дворцов.
Я кивнула, соглашаясь, о чем тут же пожалела, голова закружилась, а спину начало дергать.
- Так, вот, если ты учила историю, то должна понимать, что это было за время.
- Крепостничество, - прошептала я. - Он был крепостным?