- Жизнь такая! - немного грустно ответил Савелий. – За тобой погоня?
- Да! - подтвердил Берлог. – Минут через пять будут здесь. Ты не один?
- Дочь и сын, - кивнул следопыт.
- Значит, вы вон на том дубе?! - то ли спросил, то ли похвалил колдун.
- Мы все там уместимся! – предложил Удачник.
- А, Мира, совсем уже большая! Судьба у неё странная! – задумавшись, проговорил Кондратий, потом посмотрел на Савелия и отрезал:
- Нет!
-Что нет? – удивился Следопыт.
- Они знают, что мы здесь, - кинул взгляд в сторону леса Берлог и жёстко сказал: - Иди, вы там в безопасности. Если мы будем с вами, они не упокоятся, пока нас не найдут. Не бойся, я со своими учениками их так встречу – надолго запомнят.
И глаза колдуна загорелись такой яростью, что даже Савелия передёрнуло.
- Но я сам мог бы помочь? – и Удачник показал свой небольшой, но надёжный меч.
- Не сомневаюсь, но здесь нужно колдовство, а не умение драться, - мрачно прошептал колдун и с непонятной тоской прибавил: - Там не только упыри и мертвяки, но что-то очень могущественное идёт по следу, так что, старина, спасибо, лучше не встревай. Береги дочь!
Вдруг раздался душераздирающий крик, даже в крепости от него людям стало страшно.
- Беги, быстрей! – подтолкнул колдун Следопыта, и тот, как появился, так же бесшумно исчез во мгле.
3.
И только Удачник взобрался на дуб, как из леса стали появляться разные твари: гадкие убогие упыри, жаждущие крови, безглазые и не имеющие кожи мертвяки, пьянеющие от запаха живой плоти, мохнатые и ужасные волки-оборотни, счастливые убивая, и множество других порождений смерти - от летучих крыс до питающихся падалью лешаков.
- Ничего себе! – еле-еле сдержав крик, выдал Егор, а Мира только задрожала и крепко обеими ладонями сжала медальон; и по телу полилось тепло, расслабляя и наполняя уверенностью, что никто не тронет девушку.
- Тише! – цыкнул отец. – Мы пока в безопасности. Не стоит выдавать себя страхом.
Савелий обнял дочь, и все они молча стали наблюдать за происходящим.
Голодная орда двигалась к костру, сметая всё на своём пути. Четвёрка смелых стала вокруг огня и спокойно ждала, не выдав ни страха, ни волнения: лишь полная решимость стоять до конца была написана на их лицах.
За несколько шагов до огня орда остановилась – перед ними по кругу простиралась невидимая стена, воздвигнутая магическим искусством Берлога. Они визжали, истошно кричали, прыгали на эту стену, но не могли сквозь неё пройти – то, что делал колдун Кондратий, не было подвластно почти никому.
Порождения ужаса и смерти бесились долго, пока они не поняли всю бесполезность своих усилий. Отойдя от невидимой стены, орда как по команде завыла, и в этом вое колдуну послышалось имя:
- И-и-ва-а-на!
Кондратий тревожно посмотрел на своих учеников и спросил:
- Что они кричат?
- Кажется, Иваана! – ответил первый слева, которого звали Абдула.
- Все это слышат? – колдун громко окрикнул всех остальных.
Они кивнули. Кондратий что-то вынул из кармана и кинул в огонь. Языки пламени стали переливаться разными цветами. Его спутники насторожились, мерцающий огонь по словам колдуна и их учителя Берлога нужен только тогда, когда грозит смертельная опасность.
- Эта ведьма правая рука Кары, богини Ужаса и Мрака, нам придётся очень туго, - сказал с тревогой в голосе Кондратий. - Приготовьте все свои запасы заговоров и амулетов. Будем биться на полную.
Про себя же колдун подумал, что вздумалось появиться этой старой карге здесь. Она уже давно не заглядывала даже в мир теней, а тут… И почему-то взгляд Берлога остановился на могучем дубе, где прятались его давние друзья.