- Когда это было!? – с усмешкой ответила ведьма. - Мы нашли способ использовать её в своих интересах.
- И как? – с сарказмом поинтересовался Берлог.
- Много будешь знать, скоро состаришься, дедушка! – выдала Ивана.
- Ты всегда была остра на язык, бабуля! – не отстал от неё Кондратий.
- Не испытывай моего терпения! – злобно крикнула ведьма. - Отдавай медальон!
- Найдёшь, твоё! – расправив плащ и раскинув руки, ответил колдун.
У него на груди засверкала Роза Креста, наполняя пространство вокруг костра ярким малиновым светом. Ученики Берлога поняли, что это знак начала боя, и приготовили своё оружие: Антон - большую палицу и свинцовую перчатку, Абдула – два острых клинка из уруской стали, а Жан – свой призрачный «Меч Эфира»
Орда притихла от такой решимости и воли, а старая ведьма от злобы только скрипела зубами. Прошло несколько минут, когда старуха немного успокоилась.
- Не хочешь отдать добром, значит, убьём! – гневно сказала Иваана, отошла к своему войску и подняла обе руки вверх, прокричав: - Силы Ужаса и Смерти уничтожить их.
И полчища тварей ринулись на четверку смельчаков.
5.
Мира тихо наблюдала за происходящем внизу: и когда орда выползала из леса, и когда она безуспешно пыталась пробиться сквозь волшебную стену, и когда они звали ведьму. Девушка держала в ладошках медальон, и он наполнял её теплотой и мягкой вибрацией. Но когда вышла к костру Иваана, Мира почувствовала всем телом, как вибрация стала мощной и такой сильной, что сознание девушки начало расширятся до границ её тела, а когда Берлог раскинул руки, и засиял Крест Огня, её сознание вспыхнуло внутренним огнём, и девушка почувствовала огромную несокрушимую силу.
В это время закипел бой. Силы были неравными, но Берлог и его ученики доблестно сражались, сдерживая натиск разъярённых тварей. Берлог с гневом направлял свет своего Креста на нападающего вурдалака или оборотня, и тот мгновенно превращался в кучку пепла. Справа от колдуна рубил с обеих рук Абдула, которой на своей родине слыл самым лучшим фехтовальщиком. Головы, руки, клещи, ноги, копыта тварей так и летели в разные стороны. Слева от Кондратия своей огромной дубиной орудовал могучий Антон, племянник колдуна, а кого не доставала дубина, поджидал пудовый кулак левой руки, одетый в обитую свинцом перчатку. Твари как шарики отскакивали от богатыря уже ни на что не годные. С другой стороны костра Жан отбивал атаки мертвяков призрачным «Мечом Эфира», который мог быть от несколько сантиметров до трёх метров, в зависимости от желания и силы владельца. У Жана длина меча достигала уже почти желаемого размера, поэтому ему было более комфортно, чем другим – враги исчезали в трёх метрах от него.
Савелий с сыном сначала с испугом наблюдали за боем, потом, увидев, как искусно дрались четверо храбрецов, уже с азартом стали следить за схваткой. А Мира наполнялась все больше и больше энергией, не замечая ничего вокруг.
Старая ведьма Иваана зло реагировала на гибель каждого из своих подручных, но не жалела их. Всё равно они мертвы. Она просто с нетерпением ждала, когда у обороняющихся наступит усталость.
Сколько прошло времени неизвестно, но силы стали покидать Берлога и его учеников. Крест Кондратия уже не испепелял тварей, а только сжигал некоторые части нападающих. Абдула фехтовал одной рукой, и Антон уже не вертел свой огромной дубиной, а рубил простым мечом. У Жана призрачный меч стал в два раза короче, чуть больше метра. Ведьма поняла - теперь её время. Она издала жуткий вой и нападающие - и кто был ещё цел, и кто еле-еле передвигался - в испуге остановились и попятились от костра.
Рядом с Ведьмой из-под земли выросли несколько призраков. Они переливались серовато-чёрным сиянием, и сквозь них мир казался мутным и грязным.
Берлог вздохнул и тихо сказал своим спутникам:
- Призраки Теней, Вам они не под силу. Соединитесь кольцом солнца и стойте, не размыкая рук, чтобы не случилось! Возможно, вы выстоите. Скоро рассвет.