У Кирилла были десятки таких собак. И я прекрасно знала, на что они могут быть способны. Особенно, если их правильно обучить.
Еще я догадывалась, а потом и Марина подтвердила, что происходит за соседними стенами. Меня не трогает никто. Пока не трогают. Но, как я поняла, клиенты приезжали сюда постоянно, круглые сутки. Хоть на дворе было раннее утро, хоть глубокая ночь.
Марина совсем убрала капельницы, от которых я так быстро и спокойно засыпала. Первые ночи я просто мучилась, буквально лезла на стенку. Как только мне казалось я наконец — то уснула, сразу открывала в панике глаза.
Мне до сих пор казалось, что все, что происходит вокруг, происходит точно не со мной. Что не я нахожусь в этом ужасном месте. Что стоит проснуться утром, и я снова окажусь дома со своими близкими и родными людьми.
Но все, кто меня окружал, оказался мне по — настоящему близким. Моя старшая сестра по отцу Лика. Это именно она воткнула мне нож в спину, предала меня и бросила меня здесь с уверенностью, что больше никогда в жизни мы больше не встретимся.
Но не только меня она предала. Она подстроила дедушкину смерть. А ведь я была уверена, что это именно я причастна к ней. Сейчас более менее на трезвую голову я понимаю насколько безрассудно я повелась на Ликину провокацию.
Просто в тот момент у меня был сильный шок от случившегося и здраво думать и размышлять я никак не могла. Я, как губка, впитывала все Ликины слова и со всем соглашалась.
Вот такую злую шутку со мной сыграла моя доверчивость. Но кто знал, что моя сестра окажется такой жестокой? Что та, которая должна быть всегда рядом и помогать, первая и выкопает тебе яму.
Кто муже мне не забыть, что именно Лика, пусть и не специально, а случайно, но все равно причастна и к гибели моей мамы. Я переживала за папу и за Дашу. И очень надеялась, что хотя бы им она ничего не сделает плохого.
Ведь, несмотря ни на что они все равно являются ее родителями. А Кирилл… Что с ним? Показала ли Лика, как обещала, ему то видео? Если да, то возможно он не захочет меня даже искать.
А папа… Он меня ищет? Или Лика и ему могла что — то наплести про меня? В голове крутилось столько вопросов и ни одного ответа.
Я видела, что Марина пыталась, если не подружиться со мной, то хотя бы хорошо и близко общаться. Но однажды доверчивость не пошла мне на пользу. Поэтому я не спешила открываться перед ней.
Единственное, я просила у нее уколы, от которых я спала всю ночь, не просыпаясь. Марина наотрез отказалась. Сказала, что и так было достаточно. Но нормально спать все равно никак не получалось.
Постоянно снились кошмары, было ощущение, что в комнате я нахожусь не одна, что за мной постоянно следят и наблюдают. Я просыпалась по несколько раз за ночь вся мокрая и в слезах. Иногда даже кричала.
На крики прибегал охранник, который дежурил ночью. Легче не становилось. Я никогда не смогу забыть, что со мной сделали. Я помню лицо насильника, его жуткий смех и звериный оскал. Помню все, что он со мной делал, как избивал и душил. Как порезал щеку, тушил об меня сигареты.
До сих пор на теле остались следы, которые будут напоминать о той ночи. Я часами могла стоять в душе, включая или максимально холодную или максимально горячую воду. Казалось, от физической боли я смогу отвлечься от душевных терзаний.
За таким занятием меня и застала Марина. Она сильно ругалась и говорила, что, если я снова заболею или со мной что — то случится, то виновата в первую очередь будет именно она. И с нее возьмут по полной.
Я не хотела, чтобы из — за меня кому — то делали больно. Поэтому больше такие пытки над своим телом я не проводила. Зато в голове возникла другая идея. Я хотела рассказать Марине всю правду о себе, из какой я семьи.
И что мой отец заплатит ей огромные деньги, если она мне поможет или позвонить ему или сбежать отсюда. Женщина сразу отмела все мои мысли. И даже сказала, чтобы я забыла об этом. Никого не подговаривала и ни с кем не договаривалась о побеге.
Если она об этом никому не скажет, то за других она так не ручалась. А с такими потом разговор короткий. Таких девушек увозят отсюда в другое место. Марина сказала, что даже говорить о нем не хочет, у нее сразу мурашки по коже от страха.
Но потом об этих девушках никто ничего не знает. Еще меня стали направлять на разные косметические процедуры. Массажи тела и лица, спа процедуры, немного подправили форму бровей, сделали маски для волос.