Каждый из нас больше всего боялся услышать именно эти слова. По факту прошло только девять дней. Для всех остальных, это уже достаточно много. И надежды найти хотя бы просто ее тело, чтобы похоронить, практически нет.
Но мы не хотим в это верить, и поэтому твердо решили с братом, что будем искать Лину. Заглянем под каждый камень, проверим каждый угол, но Лину обязательно найдем. Даже, если на это уйдут годы. Я верю, что она жива. И что ей очень, очень плохо.
Ей нужна наша помощь. Нашей девочке сейчас очень плохо, она в беде. Я не знаю откуда это чувство, но оно так глубоко в груди, что его никак не достать оттуда.
За всеми этими мыслями мне очень захотелось пить. Как назло вода в графине закончилась. Придется спускаться вниз. Проходя мимо библиотеки, сердце каждый раз билось сильнее. Это место для папы и Лины было особенным.
Здесь они проводили время часами. Я помню, как Лина восхищалась такой огромной коллекцией книг, насколько сильно светились ее глаза. Это еще раз доказывает, что такие чувства невозможно показать другим, если ничего не чувствуешь.
На улице уже светало. В окне я увидела сад, за которым еще при жизни так любила ухаживать наша мама. Мама. Будь она жива и успев познакомиться с Линой, уверена и она тоже была бы без ума от своей внучки.
Последние годы в саду заправлять всем стала именно Лина. Сад при ней стал еще больше и красивее. Она лично выбирала саженцы в каталогах, лично сажала и вместе с нашим садовником лично ухаживала за всей этой красотой.
В этом доме каждая частичка света и счастья связана именно с Линой. Именно она принесла сюда новые краски, сделала нашу жизнь счастливее. Сплотила нас всех. Мы снова стали жить, счастливо жить.
Чего только стоит вывести Дашу из депрессии. А открытие центра для детей? Разве ей было бы до этого дело, если бы все мысли бы занимала бы только месть нам?
Ничего здесь не сходится. Слишком много но. Так незаметно я и дошла до гостиной, в которой вся семья завтракала ровно в семь тридцать утра.
глава 6
глава 7
Хорошо, что на столе в гостиной всегда стоял графин с водой, и не нужно было идти на кухню. Осушив с жадностью стакан с водой, не сразу поняла, что в комнате нахожусь не одна, а в воздухе витают неприятные запахи.
- Тоже не спится, сестра?
Возле входа на диване сидел мой осунувшийся и сильно уставший старший брат. От тусклого света с окна, не укрылось от взгляда его замученное, сильно заросшее щетиной, небритое лицо. На полу стояла открытая бутылка виски, а на самом диване лежала пепельница с все еще тлеющими недокуренными сигаретами.
Именно их запах и алкоголя окутал все помещение. Я села рядом с братом. Никогда прежде, даже после смерти мамы я не видела его в настолько подавленном состоянии. Казалось, от него осталась только одна оболочка, одно тело без эмоций и чувств.
- Леш, - как можно спокойнее сказала я. - Хватит этим заниматься, возьми уже себя в руки. Сейчас все мы переживаем тяжелое время, всем нам очень плохо. Мы, как никогда должны держаться вместе. Мне тяжело видеть тебя в таком состоянии.
Ты уже несколько дней ходишь в одной рубашке. А брился, когда в последний раз? Когда такое вообще было раньше? Про твой сон я и вовсе молчу! Ты так долго не протянешь! Почти ничего не ешь. Только вот это.
Я кивком указала на бутылку и курево.
- Такой жалкий, да, сестра?
- Я совсем не об этом сейчас, Леш! Ты должен перестать заниматься самобичеванием. Сейчас всем плохо. Я же не пью с тобой на пару?! Ты хочешь угробить себя раньше времени? Хочешь язву желудка заработать?
- Это меньше всего, что меня сейчас волнует, Тин. Помнишь, как сильно мы в детстве злились на папу, когда он нас заставлял спускаться так рано на эти завтраки, особенно на выходные.
Мы оба с ним одновременно посмотрели на место, где сидел наш отец за столом. Теперь это место пустое, и общих завтраков тоже больше нет.
- А сейчас все на свете бы отдал, чтобы мы все вместе опять собрались за этим столом. Да, хоть целыми днями сидели, не вставая, и слушали папины наставления.