Уходя из моей комнаты, Рикардо остановился у двери и не оборачиваясь сказал. - А ещё я люблю, когда меня ласкают ртом и лижут яички. - после он наконец то ушёл.
Большего я вытерпеть не могла, последняя его фраза меня добила. Мой рот мгновенно наполнился слюной, признак приблежающейся рвоты, я забежала в ванную комнату и меня все-же вывернуло на пол. Я стояла на четвереньках и не могла успокоится, от воспоминаний когда герцог чавкал у меня между ног и яростно дёргал свой член, при этом не контролируя свое слюновыделение, меня рвало и рвало. А теперь он хочет, чтобы я что то ему лизала. Всё содержимое желудка было уже на полу, но спазмы не проходили.
В таком положении меня и нашла Поли.
Господи. Госпожа, госпожа. Как же это? - причитала девушка, поднимая меня с пола от зловонной лужи. - Сейчас в ванну быстро, быстро, и Вам станет легче.
В ванной я откисала часа два. Сначала просто лежала в горячей воде, потом терла себя щетками и мочалками, и снова лежала. Поли тем временем убрав в ванной, накрыла второй завтрак. Есть совершенно не хотелось, но девушка мягко настояла.
Ваша светлость. Вы не должны поддаваться унынию. Вы молоды и сильны, а это значит, нужно жить всем назло.
Хорошо. - согласилась я. - Только накрой стол на веранде. За этим столом я точно есть не буду. - я ткнула пальцем на столик, на котором мой муж меня любил, так сказать.
Сидя на веранде, я задумалась над сложившейся ситуацией. Итак, сегодня герцог не причинил мне боль, как в первый раз. Я объясняла это двумя вещами, во первых я уже не девственница, а во вторых у Рикардо слишком маленький мужской орган. Я конечно не сильно в этом разбираюсь, или правельнее сказать, вообще не разбираюсь. Но если сравнивать орган Ричарда, который я видела мельком и орган моего мужа, то можно смело говорить, что у герцога Рамблера члена практически нет. А может поэтому он такой жестокий? Потому что чувствует себя не полноценным?! Хотя может это норма такой маленький орган, а вот Ричард со своим огромным отростком, это не нормально. Может это патология.
Я ляпнула себя по лбу, ну и что за мысли!? Вместо того чтобы придумать как выжить во всем этом аду, а сижу и сравниваю мужские органы которые видела. Интересно а какой Акиф обнажённый?
Вот же дура. Глупая дура. - в голос отругала я саму себя.
Госпожа, вы что то сказали? - спросила подошедшая Поли.
Нет. Это я сама себя ругаю за ужасные мысли. Всё я закончила с едой, можешь убрать со стола, а я пойду к маме.
Войдя в покои графини Аутвуд, я некоторое время пребывала в оцепенении. Глядя на мать я не узнавала её. Некогда прекрасная Мелисанта графиня Аутвуд, очень сильно изменилась и постарела за несколько дней. Трясущиеся руки, серый цвет лица, седина волос на висках, которой точно не было неделю назад. И самое главное взгляд, сейчас её глаза были точно такие же, как и у отца, когда жизнь покинула его навсегда.
Мамочка. - я подбежала к ней, но мама даже не глянула на меня, точно я пустое место. Я крепко обняла и поцеловала мать, но реакции так же не последовало. Видемо рассудок окончательно покинул её. Просидев на полу у ног мамы около часа, я разговаривала с ней, вспоминала свое детство, мои шалости и наказания. Я хотела хоть как то вывести её из тумана в котором она находилась, все безрезультатно. Потом я поговорила с служанками, которые были приставлены к Мелисанте. Оказывается действительно Ричард напился до безумия и пытался попасть в комнату к графине. Он ранил ножом одного из стражников, которые дежурили у двери, второго ударил бутылкой по голове. Таким образом он вошёл в спальню, но пока была потасовка в коридоре, одна из служанок побежала к начальнику стражи Дугласу и позвала на помощь. Подмога бастро подоспела и графиня Аутвуд даже не поняла, что происходит. Ричард её не тронул и пальцем, не успел.
Я поблагодарила девушек и взяла на заметку, что нужно их как то отблагодарить и поощрить, а так же и пострадавших стражников. Попрощавшись с мамой я вернулась в свою комнату.
Ну и чем заняться? Я жутко соскучилась по бешеной скачке и переодевшись в свои любимые брюки, рубаху, высокие сапоги и кожаную куртку, отправилась на конюшню. Встретив первого встречного конюха, велела седлать Жемчужину.
Да госпожа. Сию минуту. - кланяясь ответил конюх.
А где Акиф? Что то его не видно. - спросила я оглядываясь по сторонам.
А этот? Так он же в камере сидит. - ответил мужчина с явным злорадством.
Что значит в камере? За что?
Да кто ж его, немого чурбана, знает. Говорят избил с десяток стражников, а за что неизвестно. Только его уже скоро выпустят, уж сильно герцог его ценит. - злобно буркнул конюх. - Лошадь готова, Ваша светлость.