Рэй обомлел от красоты, но виду не показал, его смущала почти чёрная кровь, застывшая в волосах. Удивительный цвет, который встречается лишь у 0,5% людей, поразил его. В детстве отец рассказывал ему про это, но основной темой того разговора были не волосы, а отличительные черты эльфов от людей. Маленький Рэй с любопытством слушал рассказы о сражениях отца с эльфами, но самому их увидеть не доводилось. Он запомнил, что у них у всех белоснежные волосы и сочные зелёные глаза, острые длинные уши и невероятная способность владения луком. Копаясь на полочках воспоминаний, Рэй невольно начинает собирать картинку у себя в голове, пристально смотрит на заключённую изучающим взглядом, но не все в этой картине сходится.
Глаза.
Голубые. Но Рэй уверен, что у всех эльфов они светло-зелёные. Владение луком — есть, белые волосы — есть... Ещё один пазл совсем не подходит, словно он из другой головоломки случайно попал не в ту картинку и коварно морочит ему голову.
«Говорит же она на человеческом». И тут, несмотря на все несостыковки, картину уже можно лицезреть и дорисовать во всяком случае самому.
—Соберите волосы, — приказывает он, изменившись в лице. Руки он сложил на груди, посмотрел на заключённую строго, весь его вид показывал, что никаких возражений он не примет, но Чара все равно замотала головой и закрыла ладонями уши, поговорив умоляющее «пожалуйста», пока в голове кричало «он догадался!». —Власий, ключи, — велел король, протянув в сторону сторожа раскрытую ладонь. Настроен Рэй был пугающе решительно и открыл решётку довольно быстро, ворвавшись в злосчастную клетку к бедной перепуганной птичке.
Чара надела капюшон обратно и начала пятиться от медленно подступающего к ней короля до тех пор, пока холодная кирпичная стена не коснулась её лопаток. Ничего не изменить, ничего не избежать, сейчас он узнает о её происхождении и немедленно велит казнить, не дожидаясь злосчастной недели. Рэй, загнавший заключённую в угол, как зверька, присаживается перед ней и молча смотрит на слабо дрожащую девушку.
—Не бойтесь, вы всё равно умрёте. Я могу посмотреть на уши, когда ваш труп, подвешанный за горло, спустят на землю, но лучше для нас обоих, если я сделаю это сейчас, — ужасающе спокойно говорит он, приподняв брови и ожидая, что Чара сама соизволит подчиниться, но та лишь сильнее зажала уши через капюшон. Рэй поднял руку, и она дернулась, словно от предстоящего удара, тогда он аккуратно обхватил одно её запястье и сказал. —Самое худшее произойдёт через неделю, а сейчас вам нечего бояться.
Чара почувствовала неизбежное и отложила свое упрямство, ослабив руки и успокоившись мыслью, что сделала всё возможное, чтобы не выдать себя. Рэй почувствовал, что она немного расслабилась и также осторожно убрал её руки от головы. Заключённая полностью отпустила идею сопротивления, оставив лишь осуждающий взгляд, устремляющийся исподлобья прямо в чёрные, горящие любопытством глаза короля.
Он снял с неё капюшон, поднял подбородок, чтобы полностью лицезреть это пышащее неприязнью лицо, и убрал прелестные волосы за ухо. Короткий острый кончик ушка смотрел на него и стремительно краснел, Рэй от удивления не сдержал лёгкую улыбку. Его детское, уже казавшееся в таком возрасте глупым, желание увидеть эльфа только что сбылось.
Глава V. Две жизни
За несколько дней пребывания в мрачной темнице начинаешь чувствовать всю ценность родного дома, всю мягкость надоевшей койки в избе, всё благолепие кричавших по утрам птиц и даже назойливое жужжание насекомых, пробравшихся через раскрытое днём окно было подарком судьбы в сравнении с жёсткой лавкой, с которой от непривычки по ночам сваливаешься на пол, с вечными сумерками — хоть глаз выколи — и злой тишиной. Это место было полностью изолировано от внешнего мира, ни света, ни шума людского до Чары не доносилось, а заговорить от безделья с Власием не приходило ей в голову. Да и с её запасом человеческих слов особо не поговоришь.