— Привет. Я — хорошая знакомая твоей мамы. Она попросила, чтобы я позаботилась о тебе, пока та не выздоровеет.
— Вы заберете меня отсюда? — с надеждой взглянула та на нее большими глазами каштанового цвета.
— Да. Конечно.
— Давай, малявка, собирай вещи! — прикрикнул на девочку Ронни. — Вот же Сьюзен дура, нагуляла с каким-то эту мелкоту, теперь я должен мучиться с ней.
— Я хочу оставаться вежливой, Ронни. Но с трудом сдерживаю себя.
— Вы, дамочка, не стесняйтесь. Говорите все по существу, нам будет интересно вас послушать, — Ронни с ухмылкой сел на спинку дивана и исподлобья взглянул на девушку. — Не пытайтесь меня воспитывать, это бесполезно.
— Я это уже заметила. Вы — взрослый человек. Уже должны сами отвечать за свои поступки. Я заберу Эмми и просто уйду отсюда. А вы занимайтесь своими привычными делами.
— О, а вы и правда добрая тетка. Мне такие нравятся. Кстати, вам мужик не нужен? — как-то эротично облизал тот свои губы, после чего начал имитировать языком оральный секс, заставив Татьяну брезгливо отвести взгляд. — Стесняетесь? Я и не таких трахал, так что бессмысленно отворачиваться от меня.
К счастью, Эмми лишила Татьяну права продолжать разговор с братом Сьюзен, вызвавшем у женщины крайнюю неприязнь. Девочка вышла из ванной комнаты с вышитой красивым узором сумочкой, из которой выглядывали корешки книг и немного одежды.
— Ну что, моя хорошая? Ты готова? — ласково посмотрела на Эмми Татьяна и получила в качестве ответа ее утвердительный кивок головы. — Хорошо. Тогда отправляемся в небольшое путешествие. Думаю, ты уже устала находиться в этом месте.
— Да. Устала. Дядя Ронни не разрешал мне целый день выходить из ванной. Говорил, что тут взрослые разговоры.
— А мы накажем дядю Ронни, — Татьяна со злостью взглянула на брата Сьюзен. — Не так ли?.. Ну ладно, пошли. Нам уже нельзя здесь находиться, — девушка протянула к девочке свою руку. — Не бойся. Все будет хорошо.
— Можно я возьму фотографию папы? — неожиданно задала вопрос Эмма, так и не сдвинувшись с места. — Она стоит на полке.
— Конечно. Ронни, покажите мне, где стоит фотография?
— Эмма, зачем тебе фотка твоего папаши? Этот урод засунул тебя в эту дыру, а ты еще умудряешься к нему что-то чувствовать, — с негодованием произнес тот и подошел к висевшей на стене полке, достав оттуда рамку с фотографией.
— Папа обещал забрать меня отсюда, — девочка выхватила у дяди заветную фотографию и прижала к груди, как нечто самое дорогое в ее жизни. — Моего папу зовут Петр, — с улыбкой подошла Эмма к Татьяне и показала ей черно-белый семейный снимок. — Это я, это мама, — девочка начала знакомить девушку с героями фотографии, тыкая в каждого из них маленьким пальцем. — А это папа.
Татьяна не знала, почему ее прошиб холодный пот, когда она посмотрела на широко улыбающегося мужчину на фото. Но через мгновение поняла, что вызвало в ней такие бурные неприятные эмоции, разнесшиеся вместе с кровью по всему организму. Эмма называла папой мужчину, которого Татьяна все это время считала своим мужем.
— Твой папа очень красивый, — с дрожью в голосе произнесла Татьяна, понимая, что ее дыхание перекрывал застрявший в горле твердый комок. — Думаю, он сдержит свое обещание и вернется за тобой.
— Папа любит меня. Мама всегда говорит мне это… А она точно поправится?
— Да, с ней все будет хорошо… Я тебе обещаю… Ну что? Пойдем? — Татьяна попыталась не показывать девочке свои горестные эмоции и, пересилив себя, улыбнулась, взяв ее за руку.
***
Татьяна открыла дверь своего автомобиля и помогла Эмми сесть на заднее сиденье. На улице уже стемнело, поэтому приходилось действовать в полутьме, что было довольно-таки проблематично. В округе не наблюдалось ни единого фонаря. Лишь редкий свет, исходивший из окон домов, который был таким слабым, будто здесь до сих пор пользовались свечами, а не электрическим освещением. Снег в этом районе тоже не убирали, поэтому девушка по-настоящему боялась, что машина может ненароком застрять в сугробе, таким образом окончив их с Эмми путешествие до центральной части Лондона. Девушка осторожно застегнула на груди девочки ремень безопасности и неожиданно заметила, что тот для нее чересчур великоват.
— Так, подожди. У меня, кажется, в багажнике была подушка. Попробую ее подложить под тебя, чтобы ремень плотно прилегал к твоей груди, — произнесла Татьяна и, устало вставив ключ в замок, открыла багажник автомобиля.
— Я знаю эту машину! — девочка в почти кромешной темноте умудрилась разглядеть детали автомобиля и радостно захлопала в ладоши, хихикая. — Мой папа возил меня на ней вместе с мамой.