— Только сейчас я понимаю, что в тот момент они сомневались во мне, сомневались в правильности выбора их матери, Бездны, которая из пустоты сотворила этих прелестных созданий. Она была крайне талантлива, ее сила и власть не знали границ. Но Бездна ошиблась. Как и любое живое существо. Совершенно того не подозревая, она выбрала неправильного человека, не разглядела в нем то качество, которое было способно погубить все, что она целыми столетиями воссоздавала по крупицам. Карточным домик вот-вот рухнет. Но все началось тогда, в тот день. В день моего избрания, в день моего нового рождения. Мне следовало многому научиться.
— Он слышит нас, — прошипела темнокожая девочка и весело захихикала, прикрыв свои пухлые губки ладошками, словно боялась, что кто-либо из присутствующих увидит ее молочные зубы. — Он наблюдает.
Светловолосый парень громко вздохнул и сел рядом с Эрваном, но делал это с такой неуверенностью и осторожностью, словно опасался, что при неосторожном движении его по инерции выбросит из повозки, как мягкую игрушку.
— Ты должен дать мне имя, — сказал он и впился сильными пальцами в плечо молодого человека. — Отныне мы принадлежим тебе.
— Бездна позаботилась о моем душевном спокойствии, я был опьянен этим миром, не владел своим разумом как своей собственностью. Я мог лишь наблюдать за собой со стороны, не участвовать в принятии своих же решений. Все было решено заранее. И мне не дали возможности отказаться, лишили выбора. Тогда я и понятия не имел, кем станет этот мальчик, для меня, для моей будущей жизни. Если бы я знал, кто он и кем будет, то, возможно, начал бы бояться, ибо этот паренек обладал могущественной силой. И я должен был его повести, чтобы защитить Бездну от тех, кто покушался на нее уже многие века с целью овладеть ее несметными богатствами. Этот мрачный пугающий мир был дороже всего золота на Земле. И его ценность измерялась не в драгоценностях.
— Кристофер Ричард Стрингиги, — дрожащим голосом прошептал Эрван, после чего увидел радостное лицо мальчика, словно тому подарили все подарки, которые только могут существовать в этом мире. — Это имя больше не является моим, я его дарю тебе…
— Эти дети были беспомощны без меня, без своего Бога. Я был их жизнью, их смыслом, их целью. И именно это стало моей главной уязвимостью. Они были способны уничтожить меня, единственного, кто мог остановить разрушение Бездны, ее смерть. Бездна стала частью меня, заменила сердце в моей груди. Я стал Злом, Добром, Любовью и Ненавистью. Во мне слились все качества, которые присущи человеку. Я получал власть над людским разумом, над их волей. Стал их глазами.
— Мы лишились Старшей, она предала нас, предала ту, которая подарила нам жизнь, — произнес Ричи и понурил голову. — Мы верили ей, верили, как самим себе. Но Она изменилась. Стала чужой. Она вмешалась в судьбу людей, принесла в мир горе и страдания, развязала кровопролитную войну. Теперь ты наш единственный шанс. Ты тот, кто может все это прекратить. Стань частью истории. Не дай ей овладеть силой Бездны. Лимб ослаблен, он на грани разрушения.
— Она мечтала о власти, безграничной и безнаказанной. Ее цели были благородны, но достигались ужасающими способами. Она боролась с болезнями, смертью с помощью людских страданий, с помощью их слабости и уязвимости. Она выбирала сильнейших и делала их частью своего окружения. А меня заперли здесь, я стал зверем в клетке, разъяренным и ослабленным. Она знала меня слишком хорошо и искусно пользовалась этим, чтобы не дать вмешаться. Мне оставалось только ждать подходящего момента, чтобы атаковать. Но ожидание лишило меня многого, всего того, чем я так дорожил. Мне пришлось полностью подавить в себе свет, который когда-то занимал большую часть моего тела. Я стал тенью, призраком. И жил в чужих умах. Питался их самыми сокровенными страхами.
***
Повозка медленными темпами добралась до дремучего леса, который был настолько густым, что даже столь обильный лунный свет не смел дотрагиваться до его верхушек деревьев, словно боялся этих кучерявых существ, бесчисленной армией заполонивших огромную местность. Эрвана за время их пути успело укачать, и он, кажется, сумел пару раз заснуть. Но Ричи не давал ему прикрыть глаза и на минуту, паренек начинал резко трясти его за плечо и недовольно покачивать головой. Молодому человеку оставалось только слушаться, но чем дальше они ехали, тем труднее это было выполнимо, глаза закрывались практически самовольно.
— Это действие лекарства. Скоро все пройдет, — впервые послышался голос второго мальчика. — Оно вернет твои силы.