Часть людей покинула кабинета, и Татьяна с Себастьяном остались, фактически, наедине друг с другом.
— Это случилось в то же время, когда ты ехала вместе со Сьюзен в карете скорой помощи в больницу. И я просто боялся тебя шокировать.
— Чем шокировать? — с нервной усмешкой в голосе спросила его женщина и уперлась руками в бока.
— Медсестра нашла Джорджа в кровати в луже свежей крови. А он просто сидел. И смотрел на нее… А ожоги. Их больше не было… Он полностью исцелился… — Себастьян зарылся пальцами в свои густые волосы и сел на ближайший стул. — Я был напуган, когда увидел его. Мне хотелось просто убежать, бросить все, лишь бы не мучить себя попытками хотя бы немного понять, что стало причиной такого… Его осмотрели врачи. И не нашли ничего подозрительного. Здоровье Джорджа было в поразительно идеальном состоянии. Даже пальцы. Даже его пальцы на руке… Они выросли снова! — Себастьян испуганно взглянул на свои ладони, после чего резко сжал их в кулаки. — Я пытался рассказать тебе. Но ты была со Сьюзен. В полном отчаянии. Я боялся, что после такой новости ты не сможешь оправиться… Поэтому молчал.
— Где он сейчас? — ледяным тоном задала вопрос Татьяна и скрестила руки на груди.
— У меня в квартире.
— Хорошо. Я еду к тебе домой, — Татьяна вцепилась пальцами в плечо детектива и жестом приказала ему подняться. — На этот раз я хочу увидеть все собственными глазами, а не узнать с чужих сомнительных слов. Устала, что от меня постоянно что-то скрывают. Дай мне свои ключи! Тебе со мной ехать нельзя, так как скоро должна приехать жена Ларри. Ты нужен здесь.
Себастьян покорно кивнул и достал из кармана брюк связку серебряных ключей, после чего, немного помедлив, вручил ее женщине.
— Пожалуйста, прости меня. Ты ведь знаешь, что я не хотел этим причинять тебе боль.
— Но как же ты изящно лгал, когда мы с тобой разговаривали о нем. Поразительно! — ахнула та, с широко распахнутыми глазами вглядываясь в лицо Себастьяна. — Если бы не Кристина… Я бы так и осталась в неведении.
Татьяна убрала ключи в пиджак и застыла на месте, тяжело вздохнув, будто что-то тщательно обдумывала в голове.
— Если меня долго не будет, значит, я осталась у тебя. Не хочу сегодня ночью ночевать в отеле, — лицо Татьяны неожиданно налилось румянцем, и она ласково провела рукой по голове мужчины. — Я хочу, чтобы ты от меня больше ничего не скрывал. Я помню каждый момент, который мы пережили вместе. Никогда не выкину из головы тонущую в нескольких десятках метрах от нас "Лузитанию" и твоих мать с братом в лодке… Все это было. И мы это видели вместе. Почему сейчас мы перестали доверять друг другу? После стольких паранормальных вещей! Наверное, я никогда не узнаю этого.
***
Татьяне не составило большого труда догнать Кристину в коридоре. Светловолосая женщина из-за поврежденной ноги не могла передвигаться слишком быстро, каждый шаг давался ей с непосильным трудом, что объяснялось неумелым обращением с громоздким костылем.
Детектив осторожно дотронулась до плеча женщины и приветливо улыбнулась, стараясь не показывать остатки недавнего негатива на своем лице. Кристина ответила такой же улыбкой и устало отодвинула от себя костыль, попытавшись встать поврежденной ногой на пол, но, явно ощутив боль, снова слегка приподняла ее.
— Что случилось с твоей лодыжкой? — Татьяна изумленно оглядела ногу Кристины. — Где ты так ее ушибла?
— Упала, когда работала. Возможно, во время потери сознания. Я точно не знаю, — с явным нежеланием объясняться Кристина снова схватила костыль и принялась ковылять по коридору дальше. — У меня с самого утра не задался день. Мертвецы преследуют меня по пятам. Два тела, одно самоубийство, а потом меня еще и в сожжении тела заподозрили и допрашивали несколько часов. Я планировала провести этот день как-то иначе. Но меня вряд ли до конца этого дня куда-либо отпустят.
Кристина снова остановилась и села на деревянную скамейку, облегченно вздохнув. Она поставила костыль рядом, приложив его к стене, и расслабленно вытянула перед собой обе ноги, тем самым женщина заняла своим телом почти половину этого длинного коридора, что наверняка затруднит передвижение сотрудников. Но Кристину это ничуть не волновало, что можно было прекрасно разглядеть на ее безразличном умиротворенном лице. Татьяна села рядом и поправила слегка покосившийся костыль, поставив его в более устойчивое положение, чтобы тот, не дай бог, не придавил своим исполинским весом какого-нибудь мимо проходящего бедолагу.