— А объяснение этому было? — удивленно приподняла брови Татьяна и стала нервно расхаживать по комнате взад и вперед. — Ведь они должны были сказать, почему не хотят, чтобы ты занималась проведением медэкспертизы.
— Была большая вероятность, что тело заражено некой смертельной болезнью. После испанки у многих снесло крышу, ты ведь в курсе. Но странность не в этом. Изначально никто не хотел пачкать руки. И уже после исчезновения Доктора Ломана некто сверху решил, что будет лучше, если тело азиата вскроют где-нибудь в более престижном месте.
— Не вижу здесь ничего плохого.
— Дело в том, что скорее всего такую идею предложил кто-то из правительства, так как тело было бы доставлено в секретную лабораторию. И никой информации о вскрытии мы бы не получили. Но к тому времени шумиха была большая вокруг всего этого дела. И я думаю, что эти странные люди отступили, чтобы случайно не засветить себя в газетах, — сказал Себастьян и откинулся на спинку стула. — Я видел одного из них. Похожих мы недавно наблюдали на улице.
— Те люди в черных костюмах?.. Что им нужно от нас? — едва слышно спросила Татьяна и испуганно забегала глазами по полу.
— Возможно, они уже знают ответы на все вопросы. Просто не хотят допустить, чтобы что-то вышло за пределы этих стен. Тело Доктора Ломана хорошенько подштопали. Значит, скрыли какие-то детали, чтобы мы их не нашли. Но одно мы узнали точно. Доктора Ломана застрелили в его кабинете, а после выбросили тело из окна. Вот и вся математика. А твоя любимая Анна, Танюша, все это видела до последнего кадра. И намеренно скрывает информацию.
— Что если Анна — свидетель, которого запугивают? — нахмурилась Кристина. — Слишком уж странно, что она резко созналась в убийстве. А на суде, словно под дулом пистолета, просила проигнорировать показания свидетелей и защиты, лишь бы ее побыстрее упекли за решетку.
— Я тоже думала об этом, — прошептала Татьяна и поправила волосы. — Но пока не нашла этому доказательство. Если это правда, то она делает все ради спасения чьей-то жизни, кого-то очень близкого. Но мне не удалось ее разговорить. Анна — непреступная крепость.
— А если подать апелляцию? У нас есть шанс опровергнуть ее вину. Ведь что мы имеем против нее? Пустые слова и нож, на котором она намеренно оставила свои отпечатки. К тому же, как мне известно, именно Анна нашла тело на кухне. Возможно, она видела и того, кто это убийство совершил.
— Давайте начнем копать хотя бы с какого-нибудь одного факта, — сказала Татьяна и стала бурно жестикулировать, пытаясь на пальцах изобразить свои слова, что выглядело немного забавно. — В психиатрической лечебнице Доктора Ломана происходили убийства, долгое время. Все жертвы имели схожие особенности: следы испанского гриппа, укусы на шее и иногда в других частях тела. Казалось бы, думать не нужно. Один из пациентов чудом покинул палату и стал кидаться на местных жителей. Но тогда почему он не ушел и как ему удавалось скрываться в течение долгого времени где-то поблизости от особняка? Всю территорию в радиусе нескольких десятков километров после первых убийств обследовали, никаких следов маньяка не было найдено. Позже подобные поиски проводились после других убийств. И никаких результатов. Следовательно, убийца не покидал стены больницы. И был, скорее всего, одним из самых доверенных лиц среди персонала заведения, чтобы не вызывать подозрений.
— И все меняется, когда некто убивает Доктора Ломана, — произнес Себ и снова налил себе виски, после залпом выпил, впервые ощутив опьяненное состояние. — Не думаю, что именно этот ублюдок завалил нашего старикашку. Вряд ли у него было на это основание. Даже если Ломан и раскрыл его, то тот мог заставить молчать человека иным способом.
— Но если он с такой легкостью убивал невинных людей, то почему не мог пустить пулю в доктора? — с непониманием посмотрела на него Кристина.
— Потому что он защищал Ломана, — как-то странно улыбнулся Себ и прижал к губам бутылку с виски, принявшись заполнять спиртным напитком свой желудок.
— Что ты хочешь этим сказать, Себ? Зачем ему защищать Ломана? — усмехнулась Татьяна и почти силком отобрала у мужчины бутылку, после чего поставила ее в самое дальнее место рядом с окном.
— Потому что все мы лишь иллюзия, — Себастьян полностью опьянел и начал улыбаться, как какой-нибудь дурачок. — Извините меня, я должен был это сделать. Ну, выпить. Эта ночь запомнится мне надолго. Прошу, не злитесь на меня, — мужчина закрыл лицо ладонями.