— Берил, — Эрван заключил маленькую девочку в крепких объятиях и зарылся носом в ее шею. — Как же я соскучился по тебе.
— Папочка, — проскулила та. — Почему тебя так долго не было? Почему ты уехал?
Эрван влюбленными глазами посмотрел на нее и погладил Берил по холодной щеке.
— Ваша мама решила, что мне нельзя оставаться в семье и потребовала, чтобы я ушел. Это сложно объяснить. И я не хочу, чтобы мы снова вступали в какой-либо конфликт. Сейчас все изменилось. И я вернулся к вам… Пайпер, — мужчина протянул руку в сторону старшей дочери, но та продолжала стоять на месте. — Не бойся. Все хорошо. Иди, обними отца. Ты не представляешь, как сильно я соскучился по вам. Сегодня мы заберем вас из этого места. Вам не следует жить так далеко от города.
— А куда мы поедем? — восторженно спросила Берил.
— Это секрет, — прошептал тот и чмокнул ее в щеку. — А теперь садись в машину. Боже, Берил, ты вся продрогла. Дмитрий, — обратился он к одному из мужчин, — прогрей машину, будь добр.
Как только Берил отошла от отца и вместе с одним из мужчин направилась к машине, как Пайпер стрелой кинулась к Эрвану и чуть ли не всем телом запрыгнула на отца, повиснув на его шее. Эрван двумя руками прижал к себе девочку и поцеловал ее присыпанную снегом макушку.
— Пайпер, девочка моя. Я уже думал, что ты не подойдешь ко мне.
— Папа, — сквозь слезы прошептала она и уткнулась носом в его живот. — Я так боялась, что больше тебя никогда не увижу… Так боялась. Думала о тебе все время. Мама заставила нас отдать ей все твои фотографии. Она выбросила все, что связано с тобой. Настраивала нас против тебя. А теперь привела в дом нового мужчину. Я не хочу ее больше видеть. Я ее ненавижу!
— Ну, Пайпер, не говори так. Мама любит тебя. Очень. Просто она была обижена на меня. Сильно. И в этом есть моя вина. Но теперь все наладится. Я вас ни за что не оставлю здесь.
— Что это за автомобили? Они выглядят так, словно прибыли из будущего. И почему у них такие темные стекла? Я ничего не вижу через них, — Пайпер неохотно отстранилась от отца и с удивлением стала рассматривать огромные машины.
— Это внедорожники, — пояснил Эрван и скромно завел руки за спину. — Способны ездить там, где нет дорог. Без них мне бы не удалось добраться до вас так быстро, — мужчина открыл для старшей дочери дверь и предложил ей сесть на кожаное кресло в салоне.
Девочка отказываться не стала и с озорной улыбкой плюхнулась рядом с сестрой, которая пила из большой чашки что-то горячее и пахнувшее молоком и шоколадом. Как только Пайпер и Берил устроились на заднем сидении, Эрван закрыл дверь автомобиля и подошел к Дмитрию.
— Поезжай с Владом в город, спрячь девочек в убежище, — прошептал он на идеальном русском. — Я с ребятами поеду к тому дому. Действуем тихо, не привлекаем внимание. Если не будем выходить на связь слишком долго, присылайте подкрепление. Наш противник крайне силен, и мы совершенно не знаем, чего от него ждать.
***
Лиза чувствовала необъяснимую горечь в горле. Кожа вокруг шеи горела и сильно чесалась, а длинный ворот шерстяного свитера лишь усугублял положение. Подойдя к зеркалу, оно внимательно осмотрела себя и заметила, что в этом месте образовались багровые синяки, которые будто прямо на глазах увеличивались и раздувались, как воздушные шары. Женщина достала из холодильника лед и приложила к больному месту, но даже это не убавило неприятные ощущения. Подержав холодный предмет у кожи несколько минут, Лиза выкинула его в раковину, затем снова натянула ворот на шею, чтобы хоть как-то скрыть синяки от людских глаз. Она знала, что те появились после прошедшей ночи, но боялась осуждать Виктора, то ни в чем не виноват, так как просто не смог контролировать свои эмоции и силы во время занятия сексом. Но все же эта ситуация заставила ее занервничать, так как раньше подобного с ней не случалось. Это были не засосы или царапины, а самые настоящие синяки, которые могут возникнуть лишь во время избиения. Хватка Виктора оказалась настолько сильной, что женщина в тот момент на секунду поверила, что мужчина ее задушит на самом деле: она не могла дышать, сделать хотя бы маленький глоток воздуха, а в голове возникла дымка, что сгущалась с каждом минутой все сильнее и сильнее. Но так или иначе Лиза не хотела говорить с Виктором на эту тему, высказывать какое-либо недовольство. Она стала воспринимать все это обычной случайностью, неосторожностью с его стороны, не более того.