Женщина убрала со стола так никем не тронутые тарелки с овсянкой, но, недолго думая, решила одну из них оставить для Виктора, чтобы лишний раз ничего не готовить. Конечно, каша давным-давно остыла, но не настолько, чтобы ее невозможно было есть. Поставив тарелку на деревянный поднос, Лиза решила разнообразить завтрак мужчины стаканом молока и оставшимся со вчерашнего дня жареным хлебом со сливочным маслом. Подняв ворот свитера еще выше до самого подбородка, женщина направилась с едой в спальню, где Виктор продолжал витать во сне. Осторожно постучав перед входом, Лиза нырнула в комнату и поставила поднос на кофейный столик рядом с кроватью.
Виктор лежал на животе, зарыв свое лицо между двумя подушками. Сползшее одеяло обнажило его упругие ягодицы, которые были слегка влажные и блестели в лучах высоко стоявшего солнца. Лиза села рядом с ним и нежными движениями пальцев зарылась в русые волосы мужчины, после чего принялась медленно массировать горячую кожу его головы. Мужчина что-то тихо замычал сквозь сон, затем перевернулся на спину и сонными еще не до конца открывшимися глазами уставился на женщину.
— Доброе утро, соня, — игриво улыбнулась Лиза и показала пальцем на поднос, призывая мужчину приступить к трапезе.
— Завтрак в постель? — усмехнулся тот и натянул на себя одеяло, чтобы хотя бы немного скрыть свою наготу, которая почему-то стала его смущать. — Знаешь, теперь чувствую себя твоим любовником, — мужчина взял с подноса тарелку и поднес к носу. — Пахнет вкусно. Уже не помню, когда в последний раз ел овсянку, — он засунул ложку в рот и скромно растянул губы в улыбке. — Выглядишь устало. Что-то случилось?
— Нет, все в порядке. Просто немного повздорила с детьми. Знаешь, подростковый возраст тяжелое время, приходится приспосабливаться, чтобы не срываться каждый день. Иногда моя старшая дочь бывает просто невыносимой, отчего хочется отдать ее в интернат на перевоспитание. Но материнская любовь и жалось берут надо мной вверх.
— За что они так с тобой? Вряд ли у них есть хотя бы малейший повод осуждать тебя в чем-либо.
— К сожалению, есть, — вздохнула та и забралась под одеяло, прижавшись к мужчине и положив голову на его плечо. — Они скучают по отцу. И их тоска мне понятна. Но никто из нас не хотел, чтобы он уходил из семьи. Я была совершенно беззащитна, у меня не было работы, денег, чтобы кормить детей. Мой муж не оставил мне ничего, кроме большого дома посреди полупустой деревни. Когда рядом с нами жил сосед, было гораздо легче. Он мог в любое время прийти и помочь с хозяйством, при этом ничего не требовал взамен. Это был по-настоящему святой человек. Даже помог устроить моих девочек в воскресную школу. Потом в один прекрасный день я прошла мимо его забора и увидела, что он неподвижно сидел около мотоцикла. Мне показалось, что он его чинил и решил просто передохнуть. Тогда я шла на работу и как-то не особо заботилась о том, что происходило вокруг.
— А где ты работаешь? — Виктор практически полностью проглотил овсянку и явно был в восторге от подобного завтрака.
— На ферме за деревней. Ты приехал вовремя, я как раз взяла два выходных, чтобы заняться домашним хозяйством. Платят хорошо, да и сама работа доставляет мне удовольствие. Ухаживаю за животными.
— Так вот почему от тебя так сильно пахнет молоком, — прижался носом к ее волосам тот и жадно втянул в себя воздух.
— Ты сегодня уедешь?
— Да. Меня ждут дела в городе. Но перед этим я хотел посетить одно место неподалеку отсюда, — Виктор потянулся за жареным хлебом, совершенно забыл, что между ним и подносом находилась Лиза. — Здесь поблизости должен находиться сгоревший охотничий домик. Я совершенно не знаю, где именно. Мне лишь известно, что это где-то на подступе к лесу.
— Да. В паре километров от моего дома. Местные любят рассказывать детям о том доме страшные байки. Якобы охотник зарубил свою жену и детей, а потом покончил с собой: поджег себя вместе с домом. Люди разное говорят… А что тебе там понадобилось?
— Это личное. Думаю, я бы хотел, чтобы ты туда сходила со мной, — Виктор вылез из постели и стал торопливо натягивать на себя одежду.
— В тех местах довольно болотистая местность. Зимой там вода не замерзает, так как дом стоял на каком-то геотермальном источнике. Поэтому придется взять с собой специальную обувь.
— Хорошо, — кивнул тот и принялся застегивать ремень на брюках.
— Ты хотя бы намекни, что собираешься там найти. Я до сих пор не понимаю, что тебя сюда привело на самом деле.