— Топлива осталось очень мало, нужно будет дозаправиться потом, — сказал Виктор, будто самому себе.
— Ты взял канистру с бензином?
— Я не настолько безответственный, чтобы забыть взять подобное. Разумеется. У меня в багажнике целых три канистры. Мне ведь еще добираться до Лондона, а эта малышка любит кушать за четверых, — мужчина похлопал рукой по рулю и по-детски улыбнулся.
Лиза поняла, что они доползли до вершины возвышенности, так как теперь тело не пятилось назад. Женщина прижала лицо к запотевшему из-за ее горячего дыхания стеклу и ладонью протерла его, чтобы посмотреть на пейзажи снаружи. Но ничего, кроме бесконечной синевы, она так и не смогла увидеть. Погрустнев, она собралась было снова задремать, но неожиданно ее внимание привлек слабый желтоватый свет где-то далеко впереди, который через огромные усилия пробивался сквозь толстую стену метели. Подобное свечение исходит только от домов, Лиза знала это слишком хорошо, чтобы ошибиться. Джордж тоже это заметил и сразу же направил автомобиль в сторону света.
Только сейчас Лиза заметила, что пение по-прежнему находилось где-то поблизости, но стало таким тихим, что практически не различалось среди этой темноты.
— Ты хочешь добраться до того дома?
— Надо же где-то остановиться и понять, где находимся. Мне начинает казаться, что мы петляем по кругу, — Джордж надавил на педаль газа еще сильнее, будто надеялся, что машина станет двигаться чуточку быстрее.
— Еще не поздно повернуть назад. Мне кажется, что мы здесь ничего не найдем. Лучше дождаться, когда буря утихнет. К тому же, — Лиза демонстративно поежилась и потерла тыльной стороной ладони красный кончик носа, — я замерзла.
— Сегодня. Я должен находиться там сегодня, — протараторил себе под нос тот, вызвав у своей спутницы лишь недоумение и смущение.
— Хорошо. У меня нет выхода, — Лиза развела руками и завернулась в свой лисий полушубок еще сильнее. — Я ведь сама подписалась на это, отступать уже поздно, — женщина толкнула коленом крышку бардачка и нечаянно открыла его, и оттуда вывалилось несколько музыкальных валиков, которые благополучно приземлились прямо на Лизу и не скрылись где-то в ее ногах. — Что это? — повертела цилиндрический предмет в руке та. — Запись чьего-то голоса?
— Да, это запись, — Джордж вырвал валик из рук женщины, затем подхватил и остальные и быстро вернул их на место. — Лучше их не трогать, они довольно старые, могут испортиться.
— И что на них?
— Не могу сказать, — отрезал тот и вновь сжал руками руль. — Скажу лишь, что эти записи привели меня сюда. И они крайне важны для меня и для того, что я все эти годы ищу. Ты не представляешь, насколько они ценные.
— Послушав тебя, представила, — закатила глаза та, воспринимая слова мужчины слишком скептически. — Прям откровения пророка везешь в своей машине, — Лиза решила съязвить, но встреча с угрюмым лицом Виктора заставила ее замолчать.
Между ними вновь воцарилось молчание, и на этот раз оно стало крайне необходимым, так как слова стали нагнетать обстановку и явно не могли привести к чему-то хорошему. Лиза не хотела понимать, что скрывал Джорджа, да и не видела в этом что-то, что могло бы вызвать интерес, потому что ее тело настолько сильно устало, что ей хотелось лишь остановиться где-то, выпить горячий кофе и лечь спать. Еще никогда она так сильно не жалела, что согласилась с кем-либо поехать куда-то, что находилось за несколько миль от ее дома. Вряд ли в будущем она повторит подобное.
Пение приблизилось к ним, стало настолько надрывным, что слушать его стало невыносимо, оно проникло внутрь, стало плавить барабанные перепонки и заполнять разум отвратительными изображениями, которые представляли из себя что-то мертвое, разорванное на мелкие кусочки. Лиза сжала голову руками и вскрикнула от боли, которая напоминала удары молотка по черепу. Джордж также вскрикнул и отпустил руль, пытаясь оградить себя от женского надрывного пения. Елизавета не сразу поняла, что мужчина больше не управлял транспортным средством, а когда осознала это, то было слишком поздно. Автомобиль проскочил несколько десятков метров и врезался во что-то твердое, вынудив находившихся внутри пассажиров врезаться лицом в приборную панель.
***
Татьяна предложила Кристине помощь и пожелала отвести свою коллегу до ее дома, но та решила отказаться. И это не потому, что она могла справиться самостоятельно и не испытать каких-либо затруднений во время передвижения по городу. Просто одна лишь мысль о том, что ее теперь считают какой-то неполноценной, «сломанной» раздражала донельзя.