— Спасибо! — восторженно вскрикнул он и, зажав стопку оставшихся газет под подмышкой, прижался к стене здания и принялся кушать подарок Татьяны, с благодарностью поглядывая на рыжеволосую женщину.
— У вас доброе сердце, юная леди, — послышался чей-то старческий голос поблизости. — Я чувствую в нем свет, он слишком ярким, чтобы его не заметить.
Татьяна с удивлением обернулась и увидела перед собой крошечную старушку, которая явно была слепой и ориентировалась только по деревянной трости. Бабушка подошла к Татьяне и улыбнулась. Хоть пожилая женщина и не смотрела в ее лицо, Хапперт сразу же осознала, что улыбка адресована именно ей.
— Я не вижу. Но прекрасно слышу. Особенно эмоции людей. Не нужно быть гением, чтобы понять, о чем мыслят горожане, — старушка вздохнула и потыкала тростью «уличную блевотину». — Что творится? Что-то плохое. Что-то плохое грядет. Я слышу это, — она широко распахнула свои неподвижные глаза, изобразив в них что-то, что походило на эмоции страха. — Не садитесь в машину. Скоро они станут непослушными. Остановят свой бег. Держитесь подальше от дороги. Ваши ноги не умеют бегать так же быстро, как они, — после этих странных слов незнакомка вновь побрела по дороге, тыкая тростью буквально все, что попадалось ей на пути, и не сказала больше ни слова.
Татьяна постаралась пропустить слова этой женщины мимо ушей, так как они не пахли правдой, а чем-то ненормальным и вызывающим лишь сочувственную улыбку. Но тем не менее они обладали чем-то, что пугало любого, кто осмелится проникнуться ими, какой-то невидимой энергетикой, которая сбивала разум с ног. Детектив взглянула на мальчика, который неторопливо кушал купленную ею булочку, затем продолжила свой путь по торговой улице. Старушка исчезла, возможно, завернула куда-то за угол, хотя дома стояли так плотно друг к другу, что каких-то узких проходов между ними, через которые можно пройти, быть попросту не должно. Но думать о том, как пожилой женщине удалось так быстро исчезнуть из поля зрения, не сильно хотелось.
До дома Себастьяна она добралась без происшествий и странных разговоров. Это был пятиэтажный каменный дом с множеством квартир. Квартира Себастьяна находилась, насколько она помнила, во втором подъезде на третьем этаже. Она бывала там не часто и, по идее, не должна была запоминать место обитания напарника, но ее память часто демонстрировала просто потрясающие способности, которые нередко поражали Хапперт.
Поднявшись по лестнице до нужного этажа, Татьяна стала искать в кармане пальто заветную связку ключей, но завершить поиски ей не удалось, так как в этот же момент возникший из неоткуда порыв ветра приоткрыл входную дверь, которая, как оказалось, была не заперта. Женщина почувствовала выброс адреналина в кровь. Если дверь не закрыта на ключ, то это означала лишь одно — в квартире кто-то был. Тяжело сглотнув, она вытащила пистолет из кобуры и, держа его наготове, осторожно переступила порог квартиры, стараясь изучать каждую деталь помещения с изумительной тщательностью. На полу виднелись следы от сапог: вошедший явно не переодевался. Следы вели в сторону кухни, но там резко поворачивали и возвращались в коридор, останавливаясь около уборной.
Татьяна как можно тише перевела дыхание и постаралась снизить уровень беспокойства. Она все еще надеялась, что здесь находится человек, ради которого она сюда и приехала, а не кто-то, кто мог представлять для нее опасность. Женщина приоткрыла дверь ванной комнаты и стрелой вошла в нее, по-прежнему наставляя пистолет на невидимую цель, но комната оказалась пуста, что слегка разочаровало Татьяну. Зато дверцы душевой были мокрыми и излучали тепло, оставленное горячей водой. Значит, некто совсем недавно принимал здесь душ. Но куда же он подевался? Прячется?