— Нет, это ты меня мучаешь, — сказала она, отстраняясь, чтобы посмотреть на него. Дэвид был идеально выбрит, густые седые волосы были аккуратно зачесаны назад. Но больше всего она любила его дымчато-синие глаза. Когда отец смотрел на нее, она всегда видела в них нежность и веселый огонек. Сегодня же во взгляде Дэвида сквозила тревога, и Розалинд опять задумалась, так ли он уверен в том, что делает, как хочет это показать.
— Постарайся порадоваться за меня, — проговорил он, убирая с ее щеки упавшую прядь.
— Как я могу, если знаю, что ты совершаешь ошибку?
В глазах отца мелькнуло раздражение, и Розалинд почувствовала, что ей стало еще больнее. Он очень редко злился на нее, а значит, эта вспышка — лишнее доказательство того, как они отдаляются друг от друга. Она приготовилась услышать резкий ответ, но потом, увидев, каким тяжким бременем ложатся на отца переживания, встала на цыпочки и поцеловала его в щеку.
— Я всегда буду любить тебя, — прошептала она, — и всегда буду рядом.
— Знаю, — сухо сказал Дэвид, — и я тоже.
Он посмотрел на часы.
Розалинд хотела отвернуться, но отец схватил ее за плечи.
— Чем ты сегодня занимаешься? — спросил он.
Ей не очень понравился его резкий тон, но она ответила:
— Ди подъедет, мы, наверное, как всегда, пообедаем вместе, а потом...
Когда к горлу подкатили слезы и она не смогла договорить, отец опять привлек ее к себе и крепко обнял.
— Дэвид, — сказал Лоуренс, заходя в комнату, — папа в машине. Мы готовы ехать.
Увидев сына, Розалинд почувствовала, что ее сердце разрывается на части. Он выглядел таким красивым и важным в сером фраке и жилете с узором пейсли. Его галстук был травянисто-зеленого цвета, как и у отца, а блестящие кудряшки казались еще темнее на фоне белой как снег рубашки. Она представляла, какое впечатление будет производить Лоуренс, и надеялась, что его не станут донимать излишним вниманием. Предупредила ли она своих гостей? Побеспокоился ли отец сказать ей об этом? Будет ли что-то значить такой ребенок, как Лоуренс, для такой, как она, наверняка думающей только о себе?
— Скажи маме «до свидания», — попросил Дэвид, когда Лоуренс повернулся уходить.
— До свидания, мама, — послушно проговорил мальчик. — Я сегодня увижу Люси.
Дэвид закатил глаза, и Розалинд, понимая, что от нее ждут улыбку, попыталась ее изобразить.
— Ну, пока, — прошептала она.
— Пока, — сказал отец и, бросив на прощание полный сожаления взгляд, ушел.
Вернувшись к письменному столу, Розалинд взяла телефон и перечитала СМС-сообщение, которое набрала перед приходом Дэвида. Она еще не отсылала его, но теперь сделает это. Она провела по экрану большим пальцем, и сообщение отправилось.
— Можно? — раздался из-за двери настойчивый голос Эми. Не дожидаясь ответа, она влетела в спальню, где ее сестра сидела перед туалетным столиком, растянувшимся во всю стену. С обоих концов на нее смотрели огромные двойные зеркала, а посередине стоял телевизор с плазменным экраном.
— Вот это да! — с чувством воскликнула она. — Твои волосы великолепны! Потрясающая работа, — сказала она стилистке Мельвине. — Я привыкла к твоей косе, но эта прическа просто божественна.
Лиза вертела головой из стороны в сторону, с радостным блеском в глазах любуясь «французской ракушкой», которая с кажущейся легкостью окутывала ее затылок, и воздушными прядями, свободно падавшими на лицо и шею. За последние несколько недель Мельвина четыре раза вызывала Лизу на пробные сессии, чтобы отшлифовать этот небрежно-элегантный образ. Теперь, когда стилистка приглаживала и начесывала, делая последние штрихи, а Эми, выглядевшая необычайно модной в ярком платье цвета фуксии с бледно-лиловыми лентами и восхитительной шляпе в тон, наблюдала за ее работой, Лиза почувствовала, что трепещущий клубок нервов внутри нее разлетается во все стороны, как подброшенный к небу пучок лент. Она понятия не имела, почему сегодня все казалось таким огромным и пугающим, но по какой-то причине дергалась и переживала, как подросток. Каждый раз, когда айфон сигналил о полученном сообщении, у нее все внутри переворачивалось и очередная попытка обрести душевное спокойствие оканчивалась провалом.
— Мне нужно найти свой мобильный, — сказала она Эми. — Я слышу его, но разглядеть айфон во всем этом бедламе не так просто.
— Давай-ка я его разыщу, — предложила Эми и, пробираясь к сестре через нагромождение ящиков и уже распакованных вещей, заброшенных сюда отчасти переездом, отчасти свадебной кутерьмой, сказала: — Кстати, приехала мама. Она с Рокси, платье которой выглядит абсолютно изумительно. Я чуть не заплакала, когда ее увидела. Она сама почти как невеста.