Лиза улыбнулась.
— В моем возрасте, Рокси, нечто в таком духе было бы явно чересчур.
— Помочь с молнией? — предложила Матильда.
— Да, мам, пожалуйста. Читай дальше, — сказала она Эми, которая с умилением за ней наблюдала.
Сглотнув подкативший к горлу ком, Эми перешла к следующему сообщению.
— «Что у него есть такого, чего нет у меня? — прочитала она. — Кроме сногсшибательной внешности, блестящих перспектив и бешеных бабок на счету? Волшебного праздника и прекрасной жизни! Всегда влюбленный в тебя, Стиви Б.»
Улыбнувшись, Лиза сказала:
— Мы с ним какое-то время вели вместе туристическое шоу. Между прочим, он гей и уже как минимум десять лет живет с одним партнером. И вообще, почему я оправдываюсь? Кто-нибудь из присутствующих подозревает меня в неверности?
— Ах, Лиз, — завороженно прошептала Рокси. — Когда Дэвид увидит тебя, он заново в тебя влюбится.
— Он и так уже два раза это делал, — проворчала Матильда.
— Какие украшения ты будешь надевать, — спросила Рокси, — кроме бабушкиного кольца?
— Они тут, — сказала Лиза, выдвигая ящик прикроватной тумбочки.
— ОМГ, это же всего-навсего «Тиффани»! — ахнула, Рокси.
Эми и Матильда, как дети в кондитерском магазине, во все глаза смотрели, как Лиза вынимает из фирменной голубой коробки белый кожаный футляр, под крышкой которого обнаружились короткое сверкающее колье, усыпанное шлифованными алмазами, браслет в таком же стиле и бриллиантовые серьги-гвоздики.
— Никогда так близко не подходила к чему-то, что может стоить таких огромных денег, — пробормотала Матильда. — Такое чувство, будто мы перенеслись в сказку. Тебе не кажется? — обратилась она к Эми.
Кивнув, Эми сказала:
— Тебе нужна помощь, чтобы это надеть?
— Я помогу, — сказала Рокси. — А ты не отвлекайся от сообщений.
— Бог ты мой, послушайте, какой голос! — замерла в восторге Матильда, когда Шила Райн взяла несколько нот, начиная распеваться.
— Божественно, правда? — подхватила Лиза. — А вот подождите, к ней выйдет ее муж, Баз, и тогда вы услышите. Если вам удается сдерживать слезы сейчас, то, когда они запоют «Наступило утро», вы точно разрыдаетесь.
— У меня при одной мысли слезы наворачиваются, — уверила ее Эми. — Напомни, почему ты выбрала именно эту песню для своего выхода?
— Она была у Дэвида одной из самых любимых, когда мы были вместе первый раз, — ответила Лиза. — Он не знает, что я буду идти под нее, так что тоже может не выдержать, — добавила она, надевая сережки, и, ощутив волну эйфории, внезапно прорвавшую плотину нервозности, рассмеялась.
Эми тоже улыбнулась и посмотрела на телефон, который снова пикнул у нее в руках.
— Еще прочту два, — сказала она, прокручивая дальше, — а потом нам с мамой, наверное, пора выходить к народу.
Вынув пару белых атласных босоножек из коробки «Джимми Чу», Лиза приподняла подол платья, а Рокси расположила обувь так, чтобы удобно было надеть.
— «Я хочу, чтобы ты знала: если ты все-таки выйдешь...» — Эми резко умолкла, и по ее щекам разлилась краска. — О Господи, — пробормотала она и стала торопливо прокручивать дальше, но Лиза забрала у нее телефон.
— От кого оно? — спросила Лиза, прежде чем посмотреть на экран.
По Эми было ясно видно, что она готовится к чему-то нехорошему.
— Это может быть только Розалинд, — ответила она, — и поэтому я думаю, что тебе стоит отдать мне телефон и позволить стереть сообщение.
Открыв послание, Лиза прочла: «Я хочу, чтобы ты знала: если ты все-таки выйдешь сегодня за моего отца, в следующий раз он увидит меня только вместе с матерью на небесах».
ГЛАВА 13
— Она с ума сошла, — в ужасе проговорила Матильда.
— Какой чудовищный поступок, — пробормотала Эми.
— Они уже поженились, — заметила Рокси. — Разве она этого не знает?
Лиза покачала головой.
— Дэвид не сказал ей, — еле слышно проговорила она. Потом добавила: — Надо думать. Что нам делать?
— Это пустая угроза, — уверенно заявила Матильда. — Помимо всего остального, ей нужно думать о мальчике.
— Давай я позвоню ей, — предложила Эми.
Побледнев, Лиза опять посмотрела на сообщение. Гнев и сострадание начали проступать сквозь шок, но жалела она не столько Розалинд, сколько Дэвида и всех, кто проделал такой долгий путь сюда и уже столько вложил в этот особенный день. Что им теперь делать? Разве могут они продолжать как ни в чем не бывало, если над ними висит подобная угроза?