Он передал телефон Хенкоку, а сам сел на вращающееся кресло и стал осматривать чудеса инфопоста, позволявшие военным морякам заглядывать в глубины океана и небесные выси, замечая тысячи разных угроз. Они были почти вездесущи, эти покорители морей с их божественными инструментами и мириадами компьютеров. Но в возможностях всей этой техники был один зияющий пробел. Ни одно из их устройств не могло заглянуть в человеческое сердце. Ни одно не подало сигнал, когда Ибрахим и его команда стояли на грани убийства. Понадобился один человек, чтобы увидеть, и еще один человек, чтобы не придать этому значения.
«Проклятье! – в сотый раз подумал Пол. – Проклятье, черт побери!»
За несколько минут до 20: 00 коммандер Джонсон вызвал Пола и отправился с ним в очередное запутанное путешествие по лабиринтам «Трумэна» к аудитории, расположенной недалеко от карцера. Пол едва не рассмеялся, когда увидел снующих вокруг агентов ФБР. Место это было похоже на чашку Петри, в которой бурлил тестостерон. Он заметил Родригеса и Али Шарифа, разговаривавших с морским офицером, и направился к ним, но был остановлен высоким седоватым мужчиной. «КСА, – догадался Пол, заметив идущих следом мужчин помоложе. – Спесью от него пахнет сильнее, чем одеколоном».
– Я контролирующий специальный агент Стив Прессли из Нью-Йорка, – представился высокий человек, сунув Полу руку для приветствия. – Я возглавляю расследование. Это Том Хикс и Альфонсо Рубио из нашего иностранного отдела. Мы уже получили предварительные показания от ПВП. Крайне тревожные. Уверен, вы будете рады их услышать.
– Разумеется, – сказал Пол, пытаясь не выказать интерес.
Если команде Прессли удалось получить от пиратов показания меньше чем за три часа, они, наверное, очень спешили услышать какой-нибудь рассказ. Это могло означать только одно: на них давили сверху. Он вспомнил слова Брента Фрейзера: «Но на кону репутация Бюро. Мы просто обязаны победить». Теперь, оставшись без победоносной истории о спасении заложников, которую можно было бы выложить в прессе, значение слова «победить» изменилось. Правительству нужен был козел отпущения.
Коммандер Джонсон попросил внимания:
– Господа, прошу садиться.
Когда все расселись, трибуну занял седовласый человек с царственной осанкой.
– Я адмирал Вилсон, командир группы «Удар». Как всем вам известно, сегодня около половины седьмого сомалийцы, захватившие парусное судно «Возрождение», открыли огонь по заложникам, убив Дэниела Паркера и серьезно ранив его сына Квентина. В соответствии с решением межведомственной группы в Вашингтоне, министерство юстиции подготовит сообщение об этом инциденте. Передача состоится, как только мы доставим пиратов и яхту в порт Джибути. Для нас это тридцать восемь часов пути. «Геттисбергу» с яхтой идти несколько дольше.
Он обвел взглядом собравшихся, многим, в том числе Полу, посмотрев в глаза.
– Уверен, вы все понимаете серьезность этих событий. Морское пиратство – это беда, с которой наша нация борется со времен зарождения. Но хладнокровное убийство одного из наших граждан и попытка убийства другого, восемнадцатилетнего юноши, во время совершения пиратских действий являются бесчеловечными преступлениями с моральной точки зрения. Соединенные Штаты ни перед чем не остановятся, чтобы привлечь к ответственности этих преступников. Специальный агент Прессли и его команда из ФБР уже приступили к их допросу. Сейчас он коротко расскажет нам об успехах.
Вилсон вытянул руку, приглашая на сцену Прессли.
– Спасибо, адмирал, – сказал Прессли. – Как и все вы, я глубоко опечален случившимся сегодня. Мы дали похитителям возможность выйти из этого тупика мирно. К несчастью, кое-кто в Сомали относится с презрением к свободе, которую мы так высоко ценим. До сегодняшнего вечера мы не знали, что на борту парусника присутствовали такие элементы. Однако после предварительных допросов стало понятно, что убийство Дэниела Паркера и попытка убийства Квентина Паркера являются актами морского терроризма. Предводитель пиратов Исмаил Адан Ибрахим, также известный как Афиарех и Ибрахим, является членом восточноафриканской террористической группы «Шабааб».
Пола точно громом поразило. Он встречался с Ибрахимом – или Исмаилом, или как его там, – лицом к лицу. Он смотрел в глаза пирату и видел в них искреннее желание найти выход. Исмаил цитировал Коран, да, но без воинствующего рвения. В разговоре он показал себя не по годам эрудированным человеком. То, что говорил Прессли, просто не могло быть правдой. Разве что Пол полностью ошибся в своей оценке пирата, и в таком случае ему лучше прямо сейчас сдать жетон.