— Подожди! — упрямился Эру, почему-то ни в какую не желая признавать Немо просто человеком. — Когда Генерал рассказывал про знакомство с тобой, он говорил, что познакомились вы пять лет назад, а тебе уже тогда двадцать было. И сейчас тебе больше двадцати одного не дашь. Что на это скажешь?
— Мне двадцать и есть, — глядя в костер кивнул Немо. — Говорят, что когда я в Зону пришел, то за полгода постарел на полдесятка лет. Повзрослел, точнее. Я и в четырнадцать лет дылдой был, высоким, нескладным. А за полгода и в плечах раздался и похудел заметно, да и мозгов с тех пор прибавилось. Зато потом словно переклинило меня, что в последние годы я почти не меняюсь. Наверное что-то с организмом тогда произошло, что сразу лет на пять подрос, зато потом на несколько лет затормозился и остался таким, каким и был. Думаю сейчас уже вошел в норму, и теперь изменяюсь как и положено по возрасту.
— Тогда почему никому не говорил, что самого Генерала спас? Будто стыдился этого.
— Да не люблю когда Генерал так меня превозносит. Я ж тогда, признаться, той химере в глаз чисто случайно попал. Ну невозможно этой разогнавшейся твари в глаз с полусотни метров попасть! Я в голову стрелял, а уж дальше только везение. А Генерал такие баллады в мою честь поет.
— А откуда артефакты все знаешь? — не сдавался Эру. — Причем такое, что никто кроме тебя не знает!
— Ну я с учеными очень много времени проводил, года четыре назад. Помогал в чем мог, охрану обеспечивал, делился сведениями, а кое-что как раз от них узнавал. Но в основном сам опыты ставил. Полдесятка раз чуть не сгинул от экспериментов этих. Зато сегодня знаю об артефактах, пожалуй, больше чем все ученые и сталкеры вместе взятые.
— Так какого ж хрена ты в Зоне этой гниешь? — не сдержавшись рявкнул Эрудит. — Ты столько всего знаешь и умеешь! Смог бы добыть десятка два-три артефактов редких и за столько их Бармену или любому другому торговцу толкнуть, что хватило бы до конца жизни! Причем ездил бы на лимузинах и жрал черную икру, запивая коньяком двухсотлетней выдержки!
— Я тебе говорил. Я разучился жить там, среди людей. Мне привычнее жить здесь.
— Но я все равно не понимаю, как ты прятался от меня? — в первый раз за всю беседу спросила Люба. — Я чувствую любого мутанта, аномалию или сталкера, а ты то есть, то тебя нет. А ещё при атаке слепых псов они сбивают прицел всем кроме тебя. Ну ещё и меня. Откуда ты это умеешь?
— Тут один ответ сразу на два вопроса, — хмыкнул Немо. — Псы, как и контроллер, при психической атаке ориентируются на волны мозга, на эмоции. Похоже и ты точно также. Поэтому достаточно просто выкинуть все мысли из головы, или говоря научным языком, войти в состояние остановки внутреннего диалога, и ты станешь невидимым для них. Точнее унюхать или увидеть они тебя смогут, но воздействовать на сознание — никак. Этому научиться нелегко, но оно того очень даже стоит. Ещё вопросы есть?
Сталкеры молчали, Люба — задумчиво, Эрудит — хмуро, Перун — с щенячьим восторгом в глазах.
— А раз так — всем отбой и спокойной ночи. Надеюсь через сутки сказать вам всем то же самое.
Отряд медленно укладывался на ночь. Люба легла возле самого костра, хотя ночь стояла теплая и земля, прогретая за жаркий день, грела не хуже печки.
— Держи, — Эру кинул ей под ноги спальный мешок и растянулся на траве, сунув под голову пустой рюкзак.
— Благодарю, — негромко произнесла девушка и нырнула в спальник, свернувшись в нем, будто её бил озноб.
Перун лег рядом с нею, так и не решившись обнять и прижать к себе, хотя ему очень этого хотелось. Немо устроился чуть в стороне от костра, глядя в чистое, безоблачное небо, усыпанное искрами звезд.
— Немо! — вдруг встрепенулся Перун. — Я только сейчас вспомнил, ты же забыл Винторез перезарядить, после той бойни с псами.
— Спасибо, Перун, — бросив мимолетный взгляд на сталкера, произнес Немо. — Только я не забыл. Я бы зарядил, если бы было чем. Так что пока придется Сайгой обходиться. Радует что хоть на неё ещё патронов достаточно. В последнее время с нею почти не охотился.