— Акинак.
— Древний житель Швеции?
— Свей.
— Птицеподобное божество древних ацтеков?
— Кетцалькоатль.
— Ускоритель элементарных частиц?
— Синхрофазотрон.
— Немо, мать-перемать, ты откуда такого понахватался? — ошарашено уставилась на него вся группа, пока Эрудит медленно скомкивал кроссворд, в клетки которого только что вписал последнее слово.
Немо не ответил, отрешённо глядя в огонь. Эру скатал из листка ровный шарик и замахнулся, чтобы кинуть в огонь. Но вдруг передумал, аккуратно развернул, сложил в несколько раз и засунул обратно в карман.
— Пойду, прогуляюсь по нуждам естественным, — поднялся Немо, захватывая с собой один только Винторез.
— Ага. Если что — крикни, — напутствовал его Кот.
Сталкер едва заметно ухмыльнулся и пропал в быстро сгустившейся темноте.
С полдесятка минут тишина прерывалось лишь потрескиванием и постреливанием углей в костре, да издалека доносилось мяуканье чернобыльского кота.
— Что думаете о Немо этом, мужики? — негромко спросил Эрудит.
— Гнида он! Валить его надо, пока не поздно! — мгновенно, словно дожидаясь вопроса, отреагировал Москит. — Ты видел, что творит он? Да такому человека на куски разорвать, как два пальца обделать! Завалить бы его, а стволы забрать, типа, за возмещение…
— Москит, пасть захлопни, — вдруг рявкнул Кот. — Немо нормальный мужик.
— А кто пообещал артефакты, а потом…
— Так, какие ещё есть мнения?
— Может, правда лучшего его… того? — как обычно на привалах водя бруском по клинку, поинтересовался Штык, заслужив злобный взгляд Кота.
— Странный он, — подрезая ногти здоровенным тесаком, ответил Игрок.
— Угу, — поддакнул Каль, а Перун молча кивнул.
— Да уж, недаром о нём легенды ходят… — пробормотал Эру себе под нос.
— В смысле? — оживился Перун.
— Да многое из того, что я всегда сказкой считал, оказывается правда.
— Например?
— Ну хоть то, что мутанты обходят его. Вспомните, как он слепых псов валил. Ни разу ведь не промахнулся, зуб даю! А Кот-то с целого рожка хорошо, если одну положил. Уж про тушканчиков я вообще молчу. Ну с чего вдруг они попадали дохлые-то? Опять же после Выброса, когда каждый нормальный сталкер ходит, каждый шаг по минуте выверяя, этот носится, как на прогулке в родном городе. Аномалии, даже Воронки свежие, за десяток метров чует, когда мне нужно подойти почти в упор, пока разглядеть смогу. И с возрастом ничего не понятно. Долговец этот, Генерал, говорит, что когда встретились они, Немо лет двадцать было. Сейчас ну двадцать два дашь, никак не больше. Так ведь с тех пор аж пять лет прошло! И в байках я пару раз слышал, что не стареет он, Немо этот…
— А когда на нас сегодня наёмники-то ломанулись! — вспомнил Игрок. — Кто услышал выстрел хоть один или ещё шум какой? Немо-то как заорёт, чтоб ложились. При том, что спиной к ним стоял. Никак их увидеть не мог. Вот я мог, только расслабился что-то за последние дни. Блин, с Немо этим и правда, чувствуешь что не в Зоне ты, а у бабушки на каникулах, чтоб его Зона забрала!
— И Выброс… — подал голос Фашист. — Помните, он пообещал его вечером, к девяти часам. Мы ж ещё тогда посмеялись, мол учёные только к утру обещают. И что? Ошиблись они на шесть часов. А Немо — нет. Один в один предсказал, мать его…
— Так что скажете, сталкеры? С чего он такое умеет?
— Эхххх, знать бы это, Эру, — мечтательно протянул Игрок. — Я б таким крутым сталкером стал…
— Слушай, Эрудит, — шепотом, словно боясь собственных слов, произнёс Перун. — А может и правда это всё, а…
Но тут совсем недалеко раздался истошный вопль и разговор закончился. Через мгновение сталкеры отлетели в разные стороны от костра, с оружием наизготовку и остервенело моргая, стараясь поскорее привыкнуть к темноте, где скрывалось самое страшное, что может быть в Зоне. Неизвестное…
VIII
Немо уже пять минут сидел у костра, автоматически отвечая на вопросы Эрудита. Мысли его были совсем не о вопросах, хотя среди них попалась и пара довольно сложных. Они обшаривали пространство, метрах в семидесяти за спиной. Там кто-то был.
Привыкнув за последние годы доверять своим чувствам куда больше, чем любым, самым сложным и надёжным приборам, он даже не усомнился, что сзади за ним наблюдают. Он не чувствовал обычного наблюдения, пусть даже мимолётного. Тем более, не было и сверлящего, почти прожигающего затылок взгляда, который заметил бы и Штык. Нет, что-то похожее он чувствовал, когда рядом оказывался контролёр или слепой пёс. Но сейчас явно следил не тот и не другой…