— Чувствую.
— Ну и хорошо! — весело ответил Эру, — хоть отоспимся вдоволь, да поедим нормально! Сколько ж можно на одних этих консервах холодных? А тут крупы завались, воды хватает, соли и тушёнки — тоже. Я такой кулеш сейчас заварганю! — даже Немо не разглядел странного, ехидно-жадно-жестокого выражения лица, которое никак не вязалось с весёлым, разудалым тоном. Да и мысли Эрудита никак не вязались с его речами.
„Чувствуешь, говоришь? — подумал он. — Ну вот, ещё разок ты прокололся. Счётчика у тебя нет, так что про радиацию ты знать не можешь. Хотя, если ты не полный идиот, а ты не такой, то и так знаешь, что других дождей в Зоне не бывает. Но ты сказал не „знаю“, а именно „чувствую“. Поверь мне, легенда Зоны, придёт время и ты расскажешь мне! И как чувствуешь всё вокруг, и как к Исполнителю желаний прошёл, и как живым сумел оттуда вернуться. Уж я сумею развязать твой язык! Ох как сумею!“
Но размышляя на такие темы, Эру сноровисто вытащил из угла солидную кастрюлю, литров на восемь, умело взгромоздил её на конфорку и засунул сразу полпачки сухого топлива в жадную утробу печки. Затем залил воды из стоявшей рядом пятилитровой фляги и терпеливо подождал, пока вода закипит. Одним словом, часа через полтора сталкеры расхватали жестяные миски, доставшиеся от прежних хозяев, вместе с землянкой и кинулись к пышущей жаром кастрюле. Один лишь Немо отстал от них, брезгливо взяв тарелку и отойдя в угол, где долго и тщательно споласкивал её. Остальные решили не обращать внимания на чистоту посуды и, когда Немо потянулся к черпаку, чтобы наложить кулеш, уже нетерпеливо помешивали еду ложками, чтобы та поскорее остывала.
Тем временем, Эру достал бутылку водки из своего рюкзака. Москит повторил его маневр. А вездесущий Игрок вытянул поллитровую ёмкость из-под кровати. Дружно свинтив пробки, все трое, чтобы ускорить процесс, принялись щедро плескать спиртное в подставленные кружки. Сегодня, в сухом, тёплом месте, защищённом от аномалий и мутантов, сталкеры могли позволить себе расслабиться и забыться.
Те, в чьих кружках уже плескалась отдающая сивухой жидкость, жадно переводили голодный взгляд с кружек, на тарелки, где аппетитно пузырилась горячая, ароматная, отдающая аппетитной желтизной смесь пшенной каши и тушёнки — настоящий походный кулеш.
— За тех, кого Зона взяла, — привычно объявил Эрудит и залпом опустошил кружку на редкость сивушной дряни, поспешно отправляя вслед ей ложку обжигающей каши.
Кто-то из сталкеров закашлялся, когда водка опалила горло и сбила дыхание. Но через секунду все кинулись на кулеш, остервенело дуя на ложки и перекатывая на языке раскалённую еду.
Только Немо и девушка не присоединились к их попойке, предпочитая сидеть в разных углах и не торопясь, снимая верхний, уже остывший слой каши, набивать ею рты. Отчасти из-за редкости горячей еды в Зоне, отчасти от неплохих кулинарных навыков Эру, но кулеш действительно удался на славу.
Люба сидела возле самой печки, грея руки о горячую миску и поворачиваясь к печке то одним, то другим боком. Но Немо, сидевший в самом дальнем и тёмном углу, знал наверняка, что даже когда она поворачивается спиной к остальным, ни один из сталкеров не мог ускользнуть от её внимания.
Сталкеры ещё несколько раз наполнили и опустошили кружки, повторяя обычные короткие тосты.
Наконец все три бутылки опустели, вся еда из тарелок и, опустевшей после нескольких добавок, кастрюли перекочевала в желудки и сталкеры, сыто посапывая расселись покомфортнее, скрестив ноги или привалившись к стенам.
— Может перекинемся? — с надеждой предложил Игрок.
Предложение приняли с восторгом и через полминуты Игрок, Каль, Штык и Перун отделились от остальных, организовав свой небольшой круг.
Захмелевший Эрудит по привычке достал кроссворд, но развернув его и поизучав секунды две, снова сложил и засунул в карман.
— Немо, а ты чего, радиации не боишься? — Фашист растянулся на нижней полке дальней от входа кровати, совсем рядом с устроившимся подальше от остальных парнем.
Вместо ответа тот вытащил из внутреннего кармана несколько капсул антирадов и сунул в рот, запив водой из фляжки.
— Понятно, — кивнул Фашист. — А чего не как все, водкой? Дрянь, конечно, дома я никогда не пил, но здесь-то приходится.
— Приходится, чтобы выводить радиацию из организма? — уточнил Немо.
— Угу. Я сперва недели две вообще не пил. Потом, когда мне раз десять сказали, что без этого здесь загнёшься, пришлось выпивать время от времени.
— И кто же тебе сказал, что водка радиацию выводит?