Нахмурившись, я направилась к двери, когда услышала:
— Ты не представляешь, как долго я мечтала о твоем члене внутри меня. Я хочу, чтобы ты меня трахнул, Хантер, — она застонала, и это все, что мне потребовалось, чтобы сбежать с лестницы.
Слезы жгли глаза, пока я ругала себя за такую глупость. Я позволила себе влюбиться в него. Как я могла быть настолько глупой? Я не должна быть расстроенной, но после нашего короткого разговора я почувствовала связь. Называйте меня идиоткой, но клянусь, что так и было. Сейчас же я просто стала одной из его многочисленных поклонниц. Тупая девушка, которая следит за каждым его движением, гадая и надеясь, что оно будет обращено к ней.
Ох, насколько глупой я была? Я пронеслась вниз по лестнице, мои глаза слезились. Что обо мне подумают люди?
Желая уйти, я промчалась в ванную и попыталась закрыть дверь, когда почувствовала давление с другой стороны. Когда я отпустила дверь, моя мать ворвалась внутрь.
— Ты, кусок дерьма! Когда ты будешь делать то, что тебе сказано? Ты хоть понимаешь, как неловко это было сегодня? — она наступала на меня, ее руки были за спиной. Я не могла видеть, что она держала, и от этого я нервничала.
— Ты пригласила его, Кэт. Я не хотела видеть его здесь. Если бы ты не пригласила его, ничего бы не случилось.
Моя мать схватила меня сзади за волосы и прижала к стене. Прежде чем я смогла воспротивиться, она прижала нож к моему горлу.
— Слушай сюда, ты, маленький кусок дерьма. Единственный человек, который устроил сцену — это ты. Каждый раз, когда возникает проблема, ты, каким-то долбаным образом, оказываешься замешана в ней. Когда ты уже уяснишь, что все не вертится вокруг тебя? Ты испортила мою чертову вечеринку. Ты всегда все портишь!
Она отпустила волосы, но мое сердце билось со скоростью миллион километров в час. Она выглядела так, словно готова взорваться.
— Мне жаль, — сказала я, пытаясь успокоить ее.
Черт побери, у нее нож!
— Я постараюсь быть лучше. Клянусь.
Моя мать вздохнула.
— Тебе стоит это сделать, — затем она сделала кое-что, что застало меня врасплох. Ни с того ни с сего она вдруг порезала мою руку ножом. Сперва порез не был заметен, но почувствовав, как струйка крови стекает по моей руке, я посмотрела и обнаружила, что она порезала внутреннюю сторону левой руки. Порез был около десяти сантиметров в длину.
Когда я удивленно подняла голову, моя мать, вздохнув, сказала:
— Посмотри, что ты заставила меня сделать?! Может быть, это, наконец, преподаст тебе урок, — она схватила несколько салфеток, протерла нож и посмотрела на кровь на полу. — Убери это.
Затем она ушла, и все, что я могла делать — это просто стоять. Подумав, что в любую секунду кто-то может зайти, я заперла дверь и начала убирать беспорядок. Мне удалось очистить рану, но она продолжала кровоточить, поэтому я схватила полотенце и надавила им на порез. Свободной правой рукой смыла кровь с пола, но начала плакать, когда увидела, что она попала на мое платье. Великолепно. Я никак не могла вернуться на вечеринку, не будучи незамеченной. Мое платье почти белого цвета, и это худший из всевозможных цветов, когда ты истекаешь кровью. Я выглядела как девственница, которая только что была принесена в жертву.
Почему? Почему это случилось именно со мной? Неужели нормальная семейная жизнь — это так много?
Я думала над этим, когда сильный стук в дверь заставил меня подскочить. Сразу же после этого я услышала хихиканье и «извините», произнесенное неизвестным мужским голосом. Отлично, кто-то захотел потрахаться в ванной, а я была у них на пути.
Сначала я задавалась вопросом, что делать, но затем вспомнила, что могла быстро увильнуть вверх по лестнице, пока меня никто не видит.
Поэтому именно так я и поступила. Открыла дверь и протиснулась мимо пары так быстро, что они и не заметили меня. Все, что я услышала позади себя, было «кто-то в плохом настроении», а затем еще хихиканье. Без сомнения, они шли в ванную. Мне придется тщательно продезинфицировать там все, прежде чем воспользоваться ею снова.
Когда я поднималась вверх по лестнице, то краем глаза заметила Мейсона, он говорил с моим дядей. Он взглянул вверх, но я быстро исчезла из виду, прежде чем он заметил меня. Хантера все еще не было. Его дверь была закрыта, поэтому, без сомнения, он по-прежнему развлекался с той шлюхой. Я действительно не хотела заходить в свою комнату и слышать его, вернее их, но мне нужно было переодеться, чтобы съездить в больницу. К этому моменту полотенце на моей руке уже стало влажным.