— О нет, не так скоро!
Черт, я собиралась кончить, а он ведь еще только начал. Если бы я была мужчиной, то была бы неудачницей.
Хантер не смилостивился, а еще больше ускорился.
И затем она началась. Дрожь. Она все нарастала. Мое тело замерло, а хватка в его волосах усилилась, когда оргазм достиг своего пика.
Хантер переместил руки мне на задницу, сжал ее изо всех сил и практически уткнулся лицом в мою киску. Мой оргазм взорвался, и, клянусь, перед глазами у меня замелькали огоньки.
Я привалилась к стене, и сначала не могла даже открыть глаза. Я пропала… оказалась в сказочной стране и не хотела возвращаться обратно. Черт, это было мощно.
Когда дыхание пришло в норму, я облизала губы и открыла глаза, обнаружив Хантера, уставившимся на меня.
— Теперь я вижу то, что ранее видела ты. Самое. Лучшее. Зрелище.
Я улыбнулась, находясь все еще в эйфории от оргазма. У него, должно быть, волшебный язык, потому что невозможно, чтобы было так хорошо.
Пока я думала об этом, Хантер поцеловал меня. Я попробовала свои соки, но вместо того, чтобы испугаться, это завело меня еще больше.
— Черт! — зарычал Хантер. Он стал лихорадочно вытаскивать презерватив из кармана брюк и попытался расстегнуть ремень. Он был как раз в процессе расстегивания брюк, когда мы услышали подъезжающую машину снаружи.
— Черт! — Хантер застегнул молнию и ремень и провел пальцами по взлохмаченным волосам. Положил презерватив обратно в карман и выглянул на улицу.
— Черт, это твоя мать, — он прижался лбом к стеклу и на мгновение закрыл глаза. Я чувствовала себя действительно ужасно из-за него. Как только он собирался войти в меня, нам каждый раз кто-то мешал.
До того как моя мать открыла дверь, он повернулся ко мне.
— Я устал от этого дебилизма. Встретимся завтра в пентхаусе.
Мои глаза округлились.
— Если ты думаешь, что я собираюсь встретиться с тобой там, где ты трахался со всеми своими давалками, то подумай еще раз! — я опять была зла на него. Только я начинала оттаивать, как он выдавал очередную чушь.
Я схватила свои пакеты и трусики и направилась к лестнице, когда услышала проклятия Хантера.
— Прости, ладно? Я не подумал.
Я только фыркнула и продолжила идти вверх по лестнице. Моя мать открыла дверь, поэтому разговор все равно пришлось прекратить.
— Хантер, дорогой, как ты? Ты немного покраснел, все в порядке?
Хантер кивнул.
— Все в порядке. Просто пришлось немного побегать сегодня, вот и все.
Она схватила его за руку.
— Отдохни. Я собираюсь приготовить нам вкусный ужин, а папа принесет домой немного шампанского. Мы все много работали в последнее время и можем немного расслабиться, — она посмотрела наверх и увидела меня. — Ох, Айден, ты здесь. Я не видела тебя, дорогая. Как прошел твой день?
Я вежливо улыбнулась, потому что именно это от меня ожидалось.
— Великолепно, спасибо, мама. Мне нужно написать эссе о терроризме, но у меня есть на него три недели.
Она улыбнулась мне.
— Это здорово, милая. Не буду тебя задерживать. Просто будь готова к ужину в семь, хорошо? — она задала этот вопрос нам обоим.
Мы кивнули и сказали «хорошо», а потом она исчезла на кухне. Хантер посмотрел на меня, но я проигнорировала его и пошла вверх по лестнице. Я поднялась в свою комнату, захлопнула за собой дверь и плюхнулась на кровать вместе с пакетами.
Великолепно. Просто великолепно.
Глава 18
Прошло пять недель, и вот осталось два дня до Великого Дня моей матери и Мейсона. Все эти пять недель были адскими, потому что Хантер был зол, как черт, а мама в свою очередь была... ну... милой. Даже слишком. Складывалось впечатление, будто щелкнули переключателем, и от этого в ее присутствие я стала еще более осторожной. На самом деле, я была настолько обеспокоена ее поведением, что целыми днями только об этом и думала. Я сдала эссе, но знала, что приложила недостаточно усилий для его написания, поэтому не была так уж удивлена, когда увидела отметку «D». (Примеч. В школах и университетах США отметка «D» означает неудовлетворительно, а «А» — отлично). Обычно у меня всегда была «А». Поэтому получить «D» было весьма необычным событием — настолько необычным, что профессор отвела меня в сторону и спросила, все ли у меня в порядке. Я наплела ей что-то про свадьбу матери, которая должна состояться через два дня, и она дала мне еще время, чтобы должным образом переделать работу. Я была благодарна ей, но считала, что не заслужила этого. Я витала в облаках и не смогла на сто процентов посвятить себя этой работе.