Ее нижняя губа выпячивается, и какая-то часть меня, очень маленькая часть, спорит со мной. Она выглядит так чертовски мило. Потом я вспоминаю, что совсем не умею считать, и не спрашивайте меня, что такое причастие и прочее дерьмо. Я могу рассказать вам о внутренней температуре домашнего пожара и о том, как на самом деле выглядит обратная тяга. Однако все это неприменимо к шестилетней Роуз.
Я испускаю тяжелый вздох и жду, пока она посмотрит на меня.
– Роуз, ты умная, красивая и сильная девочка. Не позволяй никому и никогда заставлять себя чувствовать, будто не можешь за себя постоять. Если Бриггс возьмет твой карандаш, верни его обратно и скажи учителю.
– Он сказал, что я ябеда, если я так поступаю.
– А ты скажите ему, что он задира.
– Что такое задира, папа?
Я улыбаюсь ей и касаюсь ее носа.
– Это тот, кто злой, потому что ему так удобно. Я лучше буду хулиганом, чем задирой.
Она кивает, я встаю и протягиваю ей руку. Роуз берет ее и спрыгивает со стула, после чего мы отправляемся к моему грузовику. Как только она пристегивается, мы отправляемся в город.
– Смотри, какая большая лошадь! – она показывает на конюшню, которая находится примерно на полпути к ее школе. Они только что забрали двух лошадей породы клайдсдейл после пожара в сарае в нескольких городах отсюда. Мы поехали оказать помощь и спросили Билла и Сэнди, которые управляют конюшней, могут ли они взять их к себе, пока хозяева не придумают другой план. Жители Эмбер-Фоллс никогда не задумываются о том, чтобы помочь нуждающемуся.
Вот почему я так люблю это место.
– Я вижу. Может, после школы мы навестим их?
Она хлопает в ладоши.
– Ура!
Так легко сделать этого ребенка счастливым. Я высаживаю ее у школы и отвожу учительницу в сторону, сообщая ей о проблеме между Роуз и Бриггсом.
– Я буду следить, Леклан, – заверяет меня мисс Мосс, стоя чуть ли не вплотную ко мне. Не то чтобы это было удивительно, ведь Пэм недвусмысленно давала понять, чего она ждет от наших отношений. Это определенно не родительско-учительская тема. – Я не видела тебя в пожарной части на вечеринке вчера вечером. Я очень надеялась, что ты будешь там.
– Прости, я был занят с Роуз.
Она поджимает губы.
– Может быть, в следующий раз.
– Может быть, – лгу я.
– Мы всегда можем придумать что-то для нас двоих.
Не знаю, сколько раз мне придется объяснять, что этого не будет. Свидания для меня не являются приоритетом. Я совершенно не против быть одиноким и сосредоточиться только на Роуз. Возможно, она единственный ребенок, который у меня когда-либо будет, и это меня вполне устраивает. У нас с ее матерью была всего одна ночь, и она дала мне выбор: либо взять Роуз на воспитание, либо отдать ее на удочерение. Я без колебаний принял решение взять свою дочь.
– Я не уверен, что это хорошая идея. Я работаю в сумасшедшем режиме, а ты – учительница Роуз. Будет лучше, если мы оставим все как есть.
Ее лицо опускается, и я быстро пытаюсь сгладить ситуацию.
– Ты же знаешь, как люди болтают. Я бы не хотел, чтобы нам обоим было неловко.
Она заставляет себя улыбнуться.
– Я понимаю.
Не думаю, что она понимает, но все в порядке.
– Мне нужно на станцию. Спасибо, что следишь за ситуацией с Бриггсом и Роуз.
– Конечно.
Я быстро сажусь в «Додж» и за пятнадцать минут доезжаю до станции. Когда я приезжаю туда, трое парней из ночной смены уже выходят из здания.
– Эй, ребята, тихая ночь?
Лопес поднимает подбородок.
– Конечно, шеф.
– Тихая – это хорошо.
Дэвидсон поморщился.
– Было бы неплохо заняться чем-нибудь еще, кроме уборки за этими двумя засранцами.
Джонс отмахивается от него.
– Да, точно, ублюдок. Это ты везде оставляешь свое дерьмо.
– Так, дамы, давайте не будем ссориться, – я делаю все возможное, чтобы остановить спор до того, как он разгорится.
Они смеются, и Лопес снова говорит.
– Я понимаю, что он хочет сказать, но меня устраивает и тишина.
– Хорошая идея, – я сжимаю его плечо.
– Со следующей недели я переведу тебя на дневное дежурство, если ты не хочешь работать по ночам.
У нас небольшой штат, и единственное, что я ненавидел, когда начал работать здесь – это жесткий график. Прежний начальник не менял никого из нас местами, и это было моим первым изменением в качестве нового руководителя. Многие из них уже давно просрочили визиты к врачу, и одному Богу известно, что еще они пропустили из-за того, что работают по ночам.
– Я не против ночей, босс, – объясняет Джонс.
– Хорошо. А как насчет вас, ребята?
– Кто будет убирать за Джонсом, если мы поменяемся? – Дэвидсон отшучивается.
Я смеюсь, потому что мне следовало бы догадаться. Эти трое никогда не пользуются возможностью поменяться сменами и отлично работают вместе.
– Ну ладно. Ночные смены еще в течение месяца.
Они направляются к своим машинам, а я вхожу в здание. Перед тем как зайти в свой кабинет, я проверяю сотрудников дневной смены и убеждаюсь, что у всех все в порядке. В городке такого размера не так много работы, но, как недавно назначенный начальник, я обязан убедиться, что все готово на случай чрезвычайной ситуации. Мои пожарные всегда наготове, и в этом месяце я начинаю новые еженедельные учения, которые будут проводить капитаны каждой смены. Сегодня мне предстоит рассказать им об этом и выслушать недовольство.
Я беру бумаги и расписание, затем иду к ребятам и застаю их за тем, чем они всегда занимаются – сплетничают.
– Ты слышал о девушке, остановившейся в домике Брикмана? – спрашивает один из них.
– В домике? Зачем?
– Этот придурок сдал его в краткосрочную аренду. Он в кофейне рассказывал, сколько он за него получил.
Я содрогаюсь при этой мысли. Хижина старая, обшарпанная, и нет ни единого шанса, что она соответствует нормам.
Я захожу внутрь и вижу, что вокруг сидят мои ребята.
– Как дела, парни? – говорю я.
– Шеф, – они встают, когда я вхожу.
Я действительно ненавижу это. Две недели назад я был капитаном, но после пожара и широкого освещения в прессе мэр решил, что я должен занять вакантное место шефа.
Это нелепо, потому что я один из самых молодых сотрудников в команде, и я определенно не самый квалифицированный. Однако общественность решила так.
– Кто снимает домик Брикмана? – спрашиваю я.
– О, он теперь называет его домиком, как будто это его украсит. В общем, какая-то девушка из Нью-Йорка или что-то в этом роде. Она увидела объявление, и я могу только представить, какое у нее было лицо, когда она действительно увидела это место, – со смехом говорит один из моих капитанов.
– Он получил разрешение на сдачу в аренду?
Учитывая, что это должно было пройти через пожарную службу, я не могу представить, чтобы кто-то дал на это согласие.
Он пожимает плечами.
– Без понятия. В любом случае, девушка появилась вчера поздно вечером. Сегодня утром он говорил об этом в кофейне.
Я вздыхаю.
– Если у него нет разрешения, он не может этого делать.
– Ты собираешься сказать это сыну мэра? – Дон, другой мой капитан, возражает.
Если выбирать между тем, чтобы кто-то пострадал в этой дыре или разозлить мэра, я в любом случае буду сражаться со стариком.
– Дело не в этом. Кто подписал документ о сдаче дома в эксплуатацию?
Все они смотрят друг на друга, и либо они никогда не видели запроса на разрешение, либо один из них знает, что я сейчас надеру им задницы и заставлю выполнять кучу обязанностей, пока не стану менее кровожадным.