Стоит ему только почувствовать её запах и её прикосновения, то сразу туман из головы улетучивается, и Малфой может соображать нормально. Она, как его спасательный круг, якорь, который удерживает его разум на плаву.
— Малфой, отпусти его. Ну же, хватит держать. Давай, вдох и выдох.
Её голос имеет какую-то власть над ним. Секунда, и он отпускает шиворот бедного парня. Убедившись, что всё в порядке, Грейнджер упорхнула вместе с Поттером, который смотрит яростным взглядом вслед слизеринцу, пока тот не скрывается с поля зрения.
Кажется, у них полная идиллия в отношениях. Девушка постоянно улыбается, шрамоголовый тоже сияет от счастья. А ещё обжимаются на каждом углу. Агггррх. Как же его это всё достало! Когда он уже сможет свалить из этой школы! Навсегда!
И больше не будет тупых обязанностей, уроков и, самое главное, не будет Грейнджер. Чувства угаснут, и он сможет жить, как прежде, ненавидя всё и всех вокруг.
Из мыслей, которые уже начали затягивать, его вырвала Пэнси, чмокнув в щёку. И он позволил увести себя куда-то.
***
Два дня после инцидента с Малфоем Гермиона по вечерам сидела в библиотеке, ища подходящее заклинание или зелье, которое могли подсунуть Драко, чтобы тот стал ненавидеть грязнокровок и пытался их убить.
Мерлин, как же она испугалась, когда он чуть не разорвал на куски бедного Джастина. Опять его злой холодный взгляд. Она уже вырвалась из объятий ничего непонимающего Гарри, который явно не хотел её отпускать, и со всех ног побежала в сторону стычки.
— Малфой, отпусти его. Ну же, хватит держать. Давай, вдох и выдох.
Она смотрела на него с мольбой, и тот отступил. Фух, пронесло.
— Что это было? — Поттер явно волновался.
— Ничего, просто Малфой опять напал на беззащитного ученика.
— А причём тут ты? А?
— Гарри, ну ты чего, я же староста всё-таки, и должна выполнять работу, если Малфой не понимает, что на него возложено.
— Да, наверное, ты права.
Он притянул её к себе, зарываясь пальцами в мягкие волосы.
— Просто я волнуюсь, милая, — она почувствовала на своих губах лёгкий поцелуй.
Ей не нравилось обманывать Гарри.
Ну, а что она должна была ответить? У Драко приступы гнева, и он нападает на людей? И только голос Гермионы выводит его из транса? Потому что они любят друг друга, но не могут быть вместе? Что он её первый мужчина, и она никогда его не забудет?
Нет, она так не могла сказать тем более сейчас. Когда их отношения развиваются. Все отнеслись к этой новости хорошо, кроме Джинни. Она явно была расстроена. Многие знали, что у неё были или до сих пор есть чувства к Поттеру. Поскольку она встречается с Дином, то не очень-то и могла показывать свое негодование. Но глаза — зеркало души, и Гермиона точно увидела в них слёзы, которые та постаралась быстро скрыть. А когда Грейнджер шла в свою комнату, то, кажется, слышала рыдания. Рон поздравил друзей, и сказал, что очень рад. И это успокоило гриффиндорку, потому что она думала над его ужасной реакцией, которая вполне имела место быть.
Но сейчас всё хорошо, и они с Гарри сегодня идут гулять. Вот именно этого она хотела. Спокойные отношения, которые ни от кого не надо скрывать. И это было замечательно. Кроме одного. Она всегда сравнивала его поцелуи с поцелуями Драко. Их прикосновения, слова. Всё таки с Малфоем была страсть, искра, опасность. А с Поттером нет. И она не знала, что лучше.
Взявшись за руки, после уроков они выходили из дверей замка.
— Куда пойдём?
— Решай ты, — Гермионе не важно было куда идти с Гарри, ей всегда хорошо рядом с ним.
Они пошли в сторону Черного озера. Там никого не было. Только тишина. Пара присела на плед, расстеленный на сухой, почти пожелтевшей траве. Это было, то самое место, где они сидели до этого. Уже середина октября. Время летит очень быстро. Скоро надо будет начинать подготовку к балу, но она подумает об этом позже, когда не будет этих зелёных глаз рядом.
Гермиона легла на плечо Гарри, который уже разместился на мягкой ткани, и обняла его за грудь. Он нежно коснулся губами её виска, они лишь крепче прижала его к себе. Наверное, это и есть счастье.
***
Драко сидел в гостиной Слизерина и был погружен в свои мысли, пока кто-то не подошёл сзади и не закрыл ему глаза маленькими ручками.
— Угадай кто?
— Пэнс, мне не до шуток, я пришёл с тобой поговорить.
Девушка нахмурилась.
— О чём же?
— Я не могу тебя больше обманывать, я понимаю, что делаю тебе больно, но не могу по-другому поступить, иначе сам буду мучиться.
— Ты… Ты что? Расстаёшься со мной? — её нижняя губа задрожала, но она прикусила её, сдерживая всхлип.
— Пэнси, — он притянул её к себе, — прости меня, но так будет лучше, потому что я люблю другую девушку.
Малфой почувствовал влагу у себя на плече. Всё таки плачет. Он отпустил её и ушёл.
Ей было больно, он знал это. Но так будет правильно. Нельзя обманывать себя и свои чувства. Грейнджер бы похвалила его за это высказывание. Как же ему не хватало её. Один только Бог знает.
***
Гермиона листала старый справочник по очень редким и опасным заклятиям. Мадам Пинс не хотела сначала давать разрешения, но её любимица умеет уговаривать.
— О Господи, вот оно.
Девушка выбежала из библиотеки, быстро отдав книгу библиотекарше, которая тут же начала ворчать.
— Драко! Драко! Ты тут?! — кажется, было пусто.
Из гостиной послышались шаги, и сонный Малфой вышел из комнаты. Его волосы были взъерошены, а на щеке ещё остались следы от подушки. Это рассмешило Гермиону, и с её губ слетел смешок.
— Ты что спал?
— Нет, конечно, я читал книгу, пытаясь найти хоть какую-то информацию, но потом отвлёкся и задремал.
— Можешь больше не искать, я уже достала информацию.
— Не тяни, говори.
— Пошли в гостиную.
Они сели на диван на против камина, в котором поласкались языки пламени. Сели рядом. Почти вплотную, но это их не смутило. Они привыкли к близости друг друга.
— Я взяла справочник опасных заклинаний. И там нашла вот это.
Она протянула бумажку, на которой выписано три слова.
Odium ex luto
— И ты знаешь что это значит?
— Да, это заклятие на латинском. Ненависть к грязи.
Брови парня нахмурились, а губы сжались в тонкую линию.
— Именно. Это очень похоже на проклятие, потому что человек, подвергшийся этому волшебству, со временем, если его не расколдовать, становится бессердечным и жестоким, кхм, — она запнулась, — к грязнокровкам.
— Кто же мог меня заколдовать? Чёрт, отец.
— Не знаю, я не уверена, что это он.
— За то я уверен. Точно! За этим он меня и вызвал тогда., поэтому и не злился, получив отказ. Только когда он успел?
Она шумно вдохнула, впитывая его слова.
— И что же нам делать?
— Я не знаю, Драко, не знаю, постараюсь ещё найти информации. И ещё постараюсь узнать о контрзаклятии.
— Хорошо, спасибо тебе.
— Не за что, ладно, я пойду.
— Стой, Гермиона, — она уже успела встать с дивана, и теперь медленно оборачивалась, — я расстался с Пэнси.
— Что? Зачем?
— Просто не хочу обманывать себя и свои чувства, — он улыбнулся.
Малфой подошёл ближе, заглядывая в её глаза. Такие нежные. А затем притянул к себе, впиваясь в губы. Грубо, сильно. Плевать на Поттера, Паркинсон. На всех. Есть только она и эти губы. Как же давно он не ощущал этот вкус на себе. Девушка лишь крепче прижалась к парню, отвечая ему. Лаская его. Она снимает с него мантию, затем рубашку. Целует его плечи, шею. Прикусывает кожу, оставляя следы. Ей хочется ещё и ещё. Так давно она не чувствовала его тела у себя под ладонями, которые сейчас изучают его.
Парень утопает в этой ласке, понимая, насколько ему не хватало её. А ей его. Эти поцелуи, движения говорят всё за них. За их чувства.